USD: 64.3455
EUR: 71.0503

Ночлег на большой дороге

Как обстоит дело с временным жильем в современной Твери

Текст: Анна Макарова, Артур Демченко
Фото: rustur.ru

Ночлег на большой дороге

 

Много столетий назад Тверь чуть было не стала главным городом Руси, да помешали энергичные московские князья. Теперь у несбывшейся столицы иной статус – перевалочный пункт на дороге между двумя более удачливыми конкурентами, Санкт-Петербургом и Москвой. Именно в этом качестве – место временной остановки путешественников – Тверь вошла в литературу. Опытный в дорожных вопросах Пушкин давал поэтический совет Соболевскому: «У Гальяни иль Кольони закажи себе в Твери с пармазаном макарони, да яишницу свари…» Так в русской классике сохранились названия тверских гостиниц позапрошлого века – и, надо полагать, неплохих гостиниц!
 
Корреспонденты «Отдыха в России» решили выяснить, как обстоит дело с временным жильем в современной Твери и появились ли у отельеров пушкинской эпохи достойные наследники.
 
 
Немецкий город против русской усадьбы
 
Признаемся честно – с Тверью мы поступили не очень справедливо. Вряд ли вы явитесь к кому-то в гости, если у человека прорвало трубу или еще не закончился ремонт! А если и зайдете не вовремя, не станете в такой обстановке критиковать кулинарные и хозяйственные таланты принимающей стороны.
 
Впрочем, города никого в гости не зовут, к ним туристы сами приходят, так что к приему гостей они должны быть «всегда готовы». Да и мы, планируя поездку в несбывшуюся столицу России в конце марта, не ожидали, что погода будет не по-весеннему суровой: минусовая температура, снегопады и штормовое предупреждение.
 
Первое, что встречает подъезжающих к Твери по железной дороге путешественников, – бетонный фасад 8-этажной гостиницы «Турист». Когда-то, лет сорок назад, она считалась одной из лучших в городе, но с тех пор, хоть и стоит на прежнем месте, упала во мнении постояльцев. Фасад «Туриста» изумляет обилием вывесок разнообразных учреждений, имеющих косвенное отношение к гостиничному делу. Часть помещений отдано под авиакассы, турагенства, банк, бильярд и корчму «Куманек». Трудно понять, как в постройке умещаются еще 150 гостиничных номеров.
 
Возможно, внутри все было не так уж и плохо, но нас все равно не вдохновляла перспектива ночевать по соседству с «Куманьком» и с видом на железнодорожное полотно.
 
…Первый же таксист оказался знатоком гостиничного фонда Твери и сообщил нам, что лучшее жилье – отель с труднопроизносимым названием «Оснабрюк», снабженный аж четырьмя звездочками. Он же – самый новый, построили его пятнадцать лет назад (все прочие гостиницы Твери – отремонтированные здания советской эпохи). Туда мы и отправились.
 
 
На вопрос о положении дел в городе таксист, взявшийся отвезти нас в «Оснабрюк», ответил лаконично: «Без хозяина живем!» Хозяина у Твери на момент подготовки материала не было в буквальном смысле слова – в марте мэр Твери Александр Корзин попал в больницу с инфарктом и некоторое время находился в коме. Впрочем, вряд ли состояние улиц объяснялось болезнью главы администрации – снег здесь даже в центре явно убирали очень редко.
 
Старинные домики разной степени потрепанности утопали в сугробах, о наличии тротуаров на иных улицах вообще невозможно было догадаться.
 
«Оснабрюк» стоит на улице Салтыкова-Щедрина. Странное имя объясняется просто – гостиницу назвали в честь города-побратима Твери, немецкого Оснабрюка. Видимо, в целях укрепления международной дружбы она всячески привечает иностранных гостей и – единственная в городе – имеет в МИД аккредитацию для визовой поддержки интуристов. Действительно, первые, кто встретился нам на ступеньках симпатичного особнячка из красного кирпича, – стайка молодых негров. В занесенном снегом городе смотрелись они экзотично. Правда, это были не туристы, как мы уж, было, решили, а студенты местного вуза, собравшиеся на какое-то мероприятие в конференц-зале.
 
 
Девушка на ресепшен была очень мила, а после моего вопроса о льготных тарифах по выходным дням даже вспомнила, что таковой имеется, и сделала мне скидку в несколько сотен рублей. Кроме того, мне, как любому гостю отеля, полагалось два часа бесплатного посещения СПА-центра (небольшой бассейн с гидромассажем, сауна и баня). Правда, этим предложением я не воспользовалась – порядком устала за день.
 
 
В целом комната понравилась – просторная, без дизайнерских изысков, но уютная, с удобной кроватью, новой сантехникой и ванной вместо душевой кабинки. Скоростной беспроводной интернет работал на пятерку. Звукоизоляция тоже была отличной. Конечно, совсем без минусов не обошлось: в номере отсутствовал чайник, а от одного окна ощутимо поддувало. Второе окно, напротив кровати, работники гостиницы заботливо «утеплили» свернутыми в жгуты полотенцами. Видимо, пластиковые рамы не были рассчитаны на тверские мартовские ветра. А ночью меня до смерти перепугал раздавшийся от входной двери шелест и стук. Оказалось, это рухнул приклеенный к стене крючок для верхней одежды вместе с висевшей на нем курткой… Впрочем, для наших туристов все это такие мелочи, не правда ли?
 
В противовес «Оснабрюку» для моего попутчика – фотографа выбрали гостиницу с «локальным» и уютным названием «Тверская усадьба». Под такой вывеской как-то сразу хотелось приобщиться к корням и вспомнить русскую литературную классику.
 
Адрес «усадебного» отеля таксисты вспоминали с трудом. Видимо, из-за его размеров: «Тверская усадьба» располагает всего девятью номерами. Да и узнать о ней не так-то просто: у мини-гостиницы есть сайт, но приходится очень долго перебирать в поисковых системах комбинацию слов «Тверская усадьба, отель, гостиница, Тверь», чтобы выйти на нужную интернет-страницу.
 
 
По словам сотрудницы отеля, селятся здесь чаще командированные, а туристы заезжают редко, так что по будням спрос на номера выше, чем в выходные.
 
Однако «затерянный отель» заслуживает большего внимания со стороны путешественников! Он находится в историческом центре и, несмотря на свои три звезды, по некоторым критериям не уступает «Оснабрюку». Впрочем, и по ценам не отличается: и там и там стандартный номер стоит 3800 рублей.
 
И кстати, это единственная в Твери гостиница, оформленная с некоторой претензией на дизайнерские интерьеры: скульптурные композиции и старинные дорожные сундучки в холлах, нестандартная мебель в номерах. Фотографу, например, достались забавный комод и большой изогнутый светильник в виде цветка (хотя одна из лампочек не горела). Но постояльца, в силу профессии наделенного тонким художественным вкусом, смутил висящий на стене пейзаж с видом европейского города. К чему здесь эта картина, удивился фотограф, ведь она не имеет никакого отношения к Твери? На мой взгляд, это были мелкие придирки: главное, в номере имелся чайник. С доступом в интернет здесь тоже проблем не возникло.
 
 
В ресторации «Оснабрюка» мужчина неясной должности помог нам разместить на вешалке куртки и… настойчиво предложил помыть руки. Такая забота о гигиене нас умилила, а ресторан, в свою очередь, тоже не разочаровал: меню обширное и разнообразное, цены умеренные, порции большие, официанты – внимательные. Благо, кроме нас им не на кого было растрачивать внимание, так как ресторация была практически пуста. Они успевали быстро менять тарелки и незаметно подливали в бокалы напитки. Простуженный фотограф озадачил ресторанных работников оригинальной просьбой: его любимое средство от боли в горле – подогретое пиво и мед. На просьбу подогреть пиво в микроволновке обслуживающая нас девушка на секунду округлила глаза, но тут же взяла себя в руки и деловито уточнила, до какой температуры нужно греть напиток. После чего просьба принести еще розетку с медом ее вообще не удивила.
 
Утром я невольно устроила «Оснабрюку» маленькую проверку. Обнаружив в ванной комнате записку, сулящую постояльцам любые средства гигиены, я позвонила на ресепшен и попросила зубную щетку и пасту (в номере имелись только шампунь, кондиционер и гель для душа). Не прошло и минуты, как мрачный охранник принес требуемое.
 
Завтрак в уже знакомом ресторане «Оснабрюка» был стандартным для четырехзвездочных городских гостиниц: огурцы с помидорами, яблоки с киви, несколько горячих блюд – сосиски, блинчики, омлет, хлопья с молоком, ингредиенты для бутербродов… Ничего выдающегося, бывает лучше, но бывает и значительно хуже.
 
Фотографу в его «Тверской усадьбе» повезло меньше: «резко континентальный завтрак» из блинчиков, бутерброда и хлопьев с молоком оказался не очень сытным.
 
Вывод: количество звезд на фасадах наших гостиниц – по-прежнему загадочное небесное явление, по которому трудно судить, что эти созвездия сулят постояльцу.
 
И в «Тверской усадьбе», и в «Оснабрюке» есть мелочи, к которым можно придраться, но в целом они располагают к себе. И, пожалуй, главный фактор здесь – доброжелательность обслуживающего персонала, сглаживающая мелкие накладки.
 
Выселяясь из «Оснабрюка», я поинтересовалась, есть ли в немецком городе-побратиме гостиница под названием «Тверь»?
 
– Вряд ли, – саркастически улыбнулась сотрудница отеля, – ведь мы-то им не выдавали кредита на строительство…
 
Поэты, козлы и трамваи
 
На следующее утро мы отправились в пеший поход по историческому центру. Пожалуй, самый красивый участок Твери – берега Волги между Старым и Новым мостами. По левой стороне реки тянется набережная Афанасия Никитина, справа на нее смотрят участки берега, названные в честь разбойника Степана Разина и Святого князя Михаила Тверского. На каждом берегу помимо старинных построек имеется интересное наследие советской эпохи. Слева, на месте слияния Волги и Тверцы, возвышается Речной вокзал с высоким шпилем над главной башней. Построили его в 1938 г. со сталинским размахом, но сейчас его судьбе можно только посочувствовать – эффектная постройка уже лет двадцать практически не используется и не ремонтируется, все сильнее разрушаясь.
 
Скульптура «Белые ночи» работы О.К. Комова считается одной из лучших в скульптурной «пушкиниане». Восхищение персоной великого поэта, равно как и скульптурой, очевидно выражено и в лаконичной современной «рецензии»
 
Кинотеатр «Звезда», появившийся на правом берегу Волги в 1937 г., напротив, радует глаз свеженькой краской. Здание и само по себе необычное: странноватая смесь неоклассицизма и конструктивизма, красный куб с башенками по бокам. Сейчас к нему привлекает внимание еще и большой экран на фасаде. На белом фоне заснеженного города «Звезда» казалась самым ярким пятном. Кстати, любопытно, что построен кинотеатр на памятном месте – когда-то именно здесь, в небольшом домике, останавливался на ночлег Петр I.
 
Знаменитый тверской купец Афанасий Никитин с удовольствием отправился бы вновь за три моря, но теперь такие путешествия обойдутся гораздо дороже
 
Еще с набережных друг на друга любуются памятники, ставшие главными городским символами. Слева на стилизованном носу древнерусской ладьи возвышается бронзовый Афанасий Никитин, ходивший «за три моря». На правом берегу ситуация сложнее: Степана Разина, разудалого разбойника, увековечить в бронзе не решились (хотя он очень органично смотрелся бы на ладье в компании персидской княжны), а Святого князя Михаила Тверского, по странной логике градостроителей, запечатлели в другом месте, на Советской площади. Так что на набережной пришлось за все тверское культурное наследие отдуваться «солнцу российской поэзии» – Александру Пушкину. Занесенный снегом поэт позировал немногим желающим, облокотившись на стилизованную ограду набережной, и, казалось, с удивлением рассматривал потрепанную новогоднюю елку в глубине Городского парка.
 
Еще одно скульптурное воплощение Александра Сергеевича находится неподалеку от Городского парка, в Театральном проезде, – здесь стоит бюст Пушкина на столбе. Тверичане к этому изображению относятся неоднозначно и часто его поругивают, но нас, приученных скульптором Церетели к своим странноватым произведениям, бюстик не шокировал.
 
Отыскали мы и здание гостиницы Гальяни, воспетой великим поэтом, которая 200 лет назад считалась одной из лучших в Твери.
 
Мы бы тоже с удовольствием переночевали в доме с поэтическим прошлым и сварили там яичницу (что бы это ни значило). Но, увы, сейчас симпатичный особнячок служит пристанищем банку, так что разместить в нем можно не туристов, а только их деньги.
 
Полюбовавшись на бронзовых Пушкиных, мы вспомнили и про совсем иного тверского «героя нашего времени» – звезду шансона Михаила Круга. Автор всероссийского «блатного» хита «Владимирский централ» в Твери родился, жил и был убит. Да и в своем несколько специфическом творчестве родной город воспевал, особое внимание уделяя развлекательным заведениям вроде клуба «Лазурный». Теперь Круг превратился в очередной бренд Твери, втиснувшись в компанию к Пушкину и Святому благоверному князю Михаилу. Портреты Круга смотрят здесь на вас с магнитов, открыток, календарей, чашек, ложек… Нашелся и памятник шансонье на улице Радищевской – полузасыпанный снегом бронзовый Круг скучал на скамейке в обнимку с гитарой.
 
Дальнейший наш маршрут лежал по пешеходной улице – Трехсвятской. Этот аналог московского Арбата даже холодным утром понедельника выглядел оживленно. Более того, это было одно из немногих мест, где наблюдались скребущие тротуар дворники. Правда, счистить весь снег им не удавалось, но несколько тропинок они разгребли.
 
 
Зато посреди пешеходной улицы мы набрели на… трамвай. Он никуда не ехал, стоял себе на месте, привлекая внимание яркой раскраской и большой надписью «Элитные сорта чая и кофе». Кофейня оказалась своеобразной достопримечательностью: в начале XX в. на Трехсвятской заработала одна из первых трамвайных линий города, а в XXI в. улицу украсили трамвайным вагоном под номером «001», уникальным экземпляром, переделанным из бывшего крана. Сперва этот трамвай был экскурсионным, но потом его продали частным владельцам, и он, стоя на одном месте, переходил из рук в руки: торговая точка, салон связи, пивной бар… Сейчас в вагоне разместился чайно-кофейный магазин.
 
Чая и кофе нам не хотелось, нам хотелось увидеть Тверской путевой дворец, роскошное сооружение в стиле барокко, предназначенное для ночлега путешествующих членов царской семьи. Самое знаменитое строение города служит к тому же пристанищем для крупнейшего местного музея – Тверской областной картинной галереи. Вернее, «служил»: дворец с конца XX в. на реконструкции, картины переехали в бизнес-центр «Донской». Судя по тому, что нам удалось рассмотреть из-за забора, конца ремонта ждать нескоро.
 
Просмотрев добытую на ресепшен отеля брошюру с информацией для иностранцев, мы обнаружили в перечне культурных учреждений нечто под названием «Goat Museum» – Музей козла. Честно говоря, задавая вопрос: «Алло, это Музей козла?», мы внутренне готовились к ответу: «Да сами вы…» Однако на том конце провода ничуть не удивились: «Вообще-то это тверской филиал Российского государственного гуманитарного университета. Но все правильно, Музей козла у нас тоже есть».
 
Музей вместе с университетским филиалом располагается на окраине Твери, в микрорайоне Литвинки, до которого добираться на такси около получаса.
 
Пустой темный вестибюль, выцветшая стрелочка с надписью «Приемная комиссия». Поплутав немного, мы нашли методический кабинет, а в нем – приятную женщину по имени Валентина Владимировна, которая и показала нам козлиную экспозицию.
 
Шансонье Михаил Круг (Воробьев) родился в Твери, пел о ней, здесь же был и убит. Став «новым» брендом города, бронзовый Круг ныне сидит на бульваре Радищева
 
Оказалось, что козлы – еще один «неофициальный» бренд Твери, в дополнение к Михаилу Кругу и Михаилу Тверскому. В старину тверские крестьяне снабжали козлиными шкурами чуть ли не всю страну, а также занимались выделкой кожи – в частности, пошивом сапог для царского двора. Завистники из других регионов дали местным жителям прозвище «тверские козлы», так народный фольклор и обогатился новым рогатым персонажем.
 
Казалось бы – отличная тема для развития туризма. Есть же город Мышкин, жители которого, кажется, только тем и живут, что производят разнообразные мышиные сувениры и продают их гостям! Однако властям Твери козлиная история оказалась неинтересна (а может, показалась оскорбительной): музей открылся благодаря одиночке-энтузиасту, директору тверского филиала РГГУ Владимиру Ильичу Лавренову. Он много лет собирал коллекцию всевозможных козлов, а также информацию об их роли в судьбе Твери и в мире вообще. Экспозиция музея, хоть и теснится пока в одной комнатке, поражает разнообразием: козлики всех размеров и форм, гербы городов, на которых фигурирует рогатое парнокопытное, предметы с «козлиными названиями», удостоверения козла отпущения, пряники «козуля»… В общем, все перечислять долго! Вот только подробно показывать и рассказывать о собрании некому – сотрудники музея не имеют для этого времени и могут лишь открыть комнату по просьбе туристов. Иногда турфирмы предлагают специальные программы для организованных групп, но индивидуалам, которых в летнее время очень много, приходится рассчитывать только на свою фантазию. Правда, денег за посещение музея и фотосъемку с них тоже не берут. Университет с удовольствием передал бы свою «козлиную» коллекцию городу, чтобы ее разместили в более удобном помещении, но у чиновников это предложение энтузиазма не вызывает.
 
От Москвы до Питера через Селигер
 
Вечерело, метель усиливалась, хотелось тепла и уюта. Мы решили поискать их в стороне от центра, на выезде из города в направлении Москвы. Не потому, что начали скучать по столице, – просто на Московском шоссе, в березовом лесу на берегу Волги, расположен трехзвездочный «Тверь Парк Отель». Если верить его сайту, цены здесь ниже, чем в «Тверской усадьбе», а удобства практически те же. Удаленность от центра города компенсируется чистым воздухом и видом на Волгу, так что летом этот комплекс пользуется у туристов популярностью.
 
 
Но это летом, решили мы, а в заснеженном марте «Парк Отель» наверняка пустует! И ошиблись – вечером в понедельник свободных одноместных номеров уже не оказалось. Трасса Москва – Питер место оживленное, и многие водители из-за плохой погоды предпочли заночевать между двух столиц. Нам смогли предложить только комнату коттеджа, расположенного чуть в стороне от главного корпуса, с общим душем и туалетом на два номера. Увиденное не вдохновило – мало того что удобства общие с соседями, так еще и номер небольшой, с минимальным набором простенькой мебели из ДСП. Несмотря на то что предложенный номер стоил на тысячу дешевле, чем давешние наши комнаты в центральных гостиницах города, мы от него отказались и отправились восвояси в Тверь.
 
По рейтингу тверского таксиста в центральном районе города после «Оснабрюка» и «Тверской усадьбы» третье место по качеству обслуживания занимал «Селигер».
 
Гостиница с озерным именем находилась в центре города, на улице Советской. Никаких звездочек «Селигеру» присвоить еще не успели.
 
Впрочем, советским здесь оказался не только адрес, но и сервис: женщина на ресепшен предложила «стандарт» за 2400 в сутки, а когда мы пожелали увидеть предполагаемое место ночлега, вручила нам ключ и отправила искать комнату самостоятельно. Сделать это оказалось не так-то просто, потому что номер 122 по какой-то странной логике находился на пятом этаже соседнего корпуса. В конце концов, поплутав по коридорам и лестницам, мы обнаружили дверь с нужными цифрами. За ней нас ожидала весьма спартанская обстановка гостиницы эконом-класса: небольшая кровать, минимум простенькой мебели, пластмассовый поднос с графинчиком для воды, тесная ванная с маленькой душевой кабинкой. Даже информация о том, что раньше на месте гостиницы стоял храм Владимирской иконы Богоматери, не склонила нас к выбору в пользу «Селигера»: ночевать в «намоленном» отеле не захотелось.
 
Оставался еще один вариант. Все на той же трассе Москва – Санкт-Петербург, но уже в сторону Питера, посреди леса стоял гостиничный комплекс «Тверь», известный таксистам под неофициальным прозванием «Мотель».
 
На пути к «Мотелю» пейзаж изменился – вокруг вместо берез замелькали сосны. Сразу видно – на север едем! Среди занесенного снегом хвойного бора стояло здание гостиницы с пафосным фасадом невнятного стиля: застекленный холл в сияющих лампочках в сочетании с колоннами и каменными львами на крыльце. Пройдя мимо львов, мы попали в необъятный и пустынный вестибюль, в глубине которого виднелась стойка ресепшен. Размеры и оформление лобби-зоны наводили на мысль, что здесь устраивают балы и банкеты. Правда, пол был опасно скользкий – гостья, прибывшая одновременно с нами, так спешила снять номер, что поскользнулась и упала. Благодаря этому мы успели к стойке раньше и перехватили два последних одноместных «стандарта».
 
Жилье в «Твери» стоило столько же, сколько номера с общими удобствами в «Парк Отеле», однако здесь за 2800 все-таки предлагали комнаты с отдельными ванными. Да и обстановка в наших номерах была куда приятнее – солидная мебель, широкие кровати. Сами комнаты, впрочем, оказались тесноваты – по контрасту с огромным лобби это было особенно заметно. Еще сильнее раздражала теснота в ванной – маленькая раковина, крошечная полочка, на которой ничего, кроме зубной щетки, не помещалось. На тапочки и халаты мы уж совсем не рассчитывали, но полотенце для ног владельцы гостиницы все-таки могли бы предусмотреть.
 
Еще одним минусом оказалось отсутствие Wi-Fi в номерах – зона беспроводного интернета ограничивалась лобби.
 
Правда, в моем номере, расположенном рядом с ресепшен, непредусмотренный сигнал сети неожиданно обнаружился, но фотографу, жившему чуть дальше, не повезло. Сотрудницы отеля смогли предложить только сетевой кабель, что стало бы, конечно, решением проблемы, если бы фотограф путешествовал с ноутбуком, а не с айфоном.
 
Сотрудницы «Твери» наперебой рекламировали баню с купелью и небольшим бассейном – посетить ее в компании с другими постояльцами можно было за 350 рублей в час, а арендовать для себя – за 3000 рублей в час. Мы прогулялись вокруг банного коттеджа, но водными процедурами почему-то не соблазнились.
 
А вот пробиться к бильярдному столу в баре просто не удалось – его надолго оккупировала компания гостей. Пришлось развлекаться ужином, и местная кухня скрасила нам вечер: заказанные салаты, закуски и горячие блюда – отлично приготовлены, а официанты отменно любезны.
 
Вернувшись в номера, мы обнаружили, что различаются они не только беспроводным интернетом, но и температурным режимом. В моей комнате было натоплено почти как в бане, от которой мы отказались, зато в номере фотографа, расположенном на другой стороне коридора, царила приятная прохлада. Что у этих комнат было общим – так это отсутствие звукоизоляции: мы отлично слышали топот и разговоры гостей, которые ночью возвращались из бани или бара.
 
Утром выяснилось, что пафосный стиль современного отеля в «Твери» сочетается с чертами советского гостиничного обслуживания. Например, умилили бумажные талончики на завтрак, которые полагалось сдавать официантке в ресторан (сам завтрак, кстати, был почти идентичен шведскому столу «Оснабрюка» и дополнен неожиданным бонусом в виде салата «Цезарь»). Вторым рудиментом советской эпохи стала процедура сдачи номера: полагалось перед выпиской вызвать горничную, чтобы она в присутствии жильцов пересчитала полотенца и проверила мини-бар.
 
По пути на вокзал еще раз полюбоваться центром города не удалось – таксист предупредил, что вся Тверь стоит в пробках, и повез нас окружным путем. Из местных новостей по радио мы узнали, что не иссякает поток тверичан, попадающих в больницы с переломами и ушибами, и порадовались своему везению: ведь два дня гуляли по обледеневшим улицам без ущерба для здоровья! И все-таки сюда захотелось вернуться еще разок – летом, когда из-под снега наконец-то появятся пешеходные тротуары, зелень замаскирует давно не знавшие ремонта фасады домов. И тогда еще побродить по этому старинному – со своей статью и характером – городу, который при всех своих туристических «косяках» показался нам дружелюбным и заслуживающим неоднократного знакомства.
 
Источник: rustur.ru
Также в рубрике

В какой роскоши живет глава РЖД, который вечно просит деньги у государства

 8

В центре Анкары совершён новый теракт

 0