USD: 64.2101
EUR: 70.6761

Али Ибрагимов: «В Дербенте нужно не только реставрировать памятники, но и восстанавливать городскую среду в целом»

Слово «музей» у многих ассоциируется со зданием, где хранятся предметы древности.

Али Ибрагимов: «В Дербенте нужно не только реставрировать памятники, но и восстанавливать городскую среду в целом»

Но это не всегда так. Город Дербент – это музей под открытым небом, где древности стоят прямо на улице, а жители, как сотни лет назад, ежедневно пользуются ими, живут в них и по ним ходят.

В сентябре 2015 года древний город отметит 2000-летие. Вся Республика Дагестан готовится к этому юбилею. Праздник, в соответствии с указом Президента РФ, будут отмечать в масштабе всего государства. Центром торжественных мероприятий станет Дербентский музей-заповедник. Он занимает огромную территорию, с множеством древних архитектурных сооружений, создающих образ средневекового города. Доминанта архитектурного комплекса - цитадель Нарын-Кала (VI век). На территории крепости расположены ханские бани, тюрьма-зидан, резервуары для воды, шахский дворец и др. В состав экспозиционного комплекса Дербентского музея-заповедника входит много других объектов на территории города, включая оборонительные стены с бастионами, протянувшиеся от цитадели до самого моря – знаменитые Каспийские ворота.

Благодаря федеральной поддержке, личному участию Президента РФ Владимира Путина, активной деятельности Министерства Культуры Российской Федерации и Министерства Культуры Республики Дагестан большинство объектов музея-заповедника в 2015 году переживает масштабный ремонт и реставрацию. О том, то сделано и что еще предстоит, специально для портала «Инвестиции в туризм» рассказал директор ГБУ «Дербентский государственный историко-архитектурный и художественный музей-заповедник» Али Ибрагимов.

- Как отразилась на жизни музея подготовка к празднованию 2000-летия города? Какие работы были выполнены непосредственно на объектах музея-заповедника?

- Подходят к завершению реставрационные работы на южной крепостной стене и в цитадели. Проведены благоустройство и озеленение внутренней территории цитадели, появились скамейки, навесы от солнца, сувенирные лавки, смотровые площадки с биноклями, точки общепита и др., оборудованы новые выставочные помещения, где размещены уникальные экспозиции, посвященные культуре, быту и истории древнего Дербента. Заказчиком работ является Министерство культуры РФ. Подрядчиком реставрационных работ – ФГУП «МНРХУ» г. Москвы.

- Сколько выделено денежных средства на работы в крепости? Что еще предстоит сделать?

- Мы в основном деньгами не занимаемся, этим Москва занимается – Министерство культуры РФ. Финансирование реставрационных и прочих работ в музее идет по двум направлениям. Первое - это федеральная целевая программа (ФЦП) по культуре, второе – в рамках празднования юбилея Дербента. В данном случае реставрационные работы идут в рамках празднования юбилея Дербента. А по ФЦП мы защищаем проекты «Музей Бестужева-Марлинского» и «Реставрация Джума-мечети».

- То есть вы только защищаете эти два проекта? Они еще не вошли в ФЦП?

- Нет, практически они защищены. Нужно просто финансирование: желание центра выделить те или иные средства.

- Но, это уже будет явно не в этом, юбилейном, году?

- По просьбе республиканских властей  федеральная программа продлена до 2018 года. В сентябре текущего года празднование юбилея Дербента пройдет на местном и республиканских уровнях, а через три года 2000-летие Дербента масштабно отметит вся Россия.

В Министерстве культуры нам обещали к началу следующего года выделить финансирование для Джума-мечети и поддержать Музей Бестужева-Марлинского. Но сначала ведь надо проектирование завершить. Это тоже немаленькие средства для большого объекта. К денежным средствам, слава богу, мы пока не имеем отношения. Мы принимаем выполненные работы, участвуем в процессе проектирования, даем свои советы, свое видение даем, как люди на местах. И, я думаю, в таком тандеме все должно получиться. Но все в итоге упирается в финансирование. По моей информации, пока реставрационные работы профинансированы на сумму около 400 млн. рублей, не более. Финансирование прошло в течение года – с прошлого по этот год. Но на самом деле для такого объекта и того огромного количества памятников, которые есть в Дербенте (множество различных памятников от I до XVI века) – финансы, предусмотренные в рамках празднования – это мизер. Хотя бы должны были взять 10 самых видных памятников и начинать их финансировать. Не в рамках одного юбилейного года это делать, а по 3-5-летней программе выполнить.

Джума-мечеть – это наша больная тема. Уникальный объект VIII века. Она давно ждет своей реставрации. Ведь последний раз ее реставрировали семь веков назад – в середине XIV века. Недавно в некоторых региональных СМИ прошла информация, что якобы ее отреставрировали и уже благополучно сдали. По этому поводу среди прихожан поднялось возмущение. Но не только реставрации, даже проектирования для реставрационных работ еще не было. Это возмущение имеет место из-за некомпетентности журналистов.

Еще одна из важнейших реставрационных работ должна проходить на северной части крепостной стены. Ведь вся северная часть древней стены (VI – IX века), а это около 2 тысяч метров до моря, хорошо сохранилась и ждет своего часа. Огромные фрагменты стены, по 300-400 метров, полностью просматриваются (в отличае от южной стены, где всё застроено домами). Но, увы, там уже растут деревья, на протяжении 20-30 лет идут разрушительные процессы. И сейчас нужно обратить на это особое внимание. И скорейшим образом начать реставрацию. Эта реставрация на следующие минимум сто лет даст тайм-аут для сохранения. А там уже видно будет, как поступят будущие поколения.

Как бы было здорово, если бы после праздника не забыли о Дербенте!

- Как скоро вы будете подавать заявку в Министерство культуры на реставрацию северной крепостной стены?

- Мы об этом говорим, но так как много проблем, в том числе финансовых, что до дела пока не доходит. Информацию доносим, но решаться должно в верхах.

Самая главная проблема Дербентского музея-заповедника заключается вот в чем. Дело в том, что огромное количество памятников по указу Президента стали федеральными, т.е. перешли с регионального на федеральный бюджет. Но указ Владимира Владимировича Путина до сих пор не исполняется. В том плане, что ГБУ должно стать ФБУ. То есть ГБУ «Дербентский государственный историко-архитектурный и художественный музей-заповедник» должен быть федеральной организацией, и зарплата у нас должна быть федеральная, а не республиканского масштаба. Мы не с республиканского бюджета должны получать зарплату, а из Москвы. То есть смотритель, который сегодня получает 5,5-6 тысяч рублей на руки, будет получать 15-20 тысяч. Тогда будет и спрос больше, и компетентных людей мы больше сможем привлечь в штанные сотрудники. Сейчас мы, как можем, выходим из ситуации: за счет своих доходов выделяем материальную помощь, премии.

То есть один указ президента исполнили, а второй -  нет. Министерство финансов говорит, что денег нет.

- Идут ли на объектах музея-заповедника археологические раскопки? Кто ими занимается?

- Археологических раскопок в год идет от силы до 100 квадратов в нашем регионе и этим занимается институт археологии, специальная дербентская экспедиция. Археологические экспедиции должны быть при музее-заповеднике, и мы должны задавать этот тон. Но мы, к сожалению, этого не делаем.

- Дербент – старейший город России. Цитадель Нарын-Кала, Старый город и крепостные сооружения включены в список объектов Всемирного культурного и природного наследия ЮНЕСКО. Есть ли финансовая поддержка по линии этой международной организации?

- Нет, финансирования нет. И представитель ЮНЕСКО, который де-юре 15 лет сидит на этой должности в Дербенте, Сави Ханукаев ведет какую-то искусственную активность. Разрушительные процессы за эти годы никак не были пресечены.

- Другие представители ЮНЕСКО приезжали?

- Один раз Григорий Орджоникидзе приезжал, когда хотели на нас надавить. Это было весной этого года. Видел реставрацию, остался доволен. Вместе с ним были специалисты из Москвы, которые занимаются реставрацией и проектировали реставрационные работы в цитадели. Они ответили на все вопросы.

- Вы говорили, что за последние 20-30 лет в старом городе было много разрушено, на месте древних построены новые дома. Представители ЮНЕСКО это видели?

- По крайней мере, наш представитель видел, молчал и ничего об этом не говорил. Нужно поменять представителя.

Понимаете, в перечень объектов культурного наследия ЮНЕСКО Дербент вошел недавно – только в 2006 году. К этому времени всё уже было сформировано так, как есть сейчас. В советские годы памятники содержались хорошо, а в историческом центре города запрещено было перестраивать дома, менять форму крыш. С начала 90-х и до 2006 года многое в облике было утрачено, застроено современными постройками. В список объектов всемирного наследия город вошел уже таким. С 2006 года серьезных тенденционных преобразований нет, слава богу.

- В сентябре в Дербенте пройдут праздничные мероприятия. Но на этом реставрация и благоустройство в городе не закончатся. Что, по Вашему мнению, нужно сделать в первую очередь к 2018 году?

- Во-первых, в таком городе во властных структурах должны быть местные люди, горожане, которые здесь родились и выросли. Только они будут достаточно ответственны. К сожалению, последние годы у власти здесь пришлые люди, которые пробудут 3-4 года и уезжают. Им наплевать, что будет с городом потом. У них тут даже семьи нет. Это меня настораживает. Все-таки должны быть местные, чтобы они стеснялись будущего поколения, своих внуков. В маленьких городах это нормальное явление.

Во-вторых, надо выбрать 10-15 ключевых памятников...

- А какие бы три вы выбрали?

- Три невозможно, надо хотя бы 8-10 взять. Это Джума-мечеть, Музей Бестужева-Марлинского и несколько средневековых бань (с VIII по XIV век). Кстати, эти городские общественные бани настолько хорошо сохранились, то продолжали активно работать вплоть до  60-х годов прошлого века. Хочется, чтобы эти бани снова функционировали, а не просто были объектами показа. Кроме того, нужно отреставрировать несколько мечетей в старом городе и северную стену, мостить брусчаткой улицы и переулки, восстановить ливневую канализацию (она существовала здесь с античных времен), сделать водоснабжение, провести электрификацию без паутин проводов. Есть тому примеры:  Баку, Анкара, Стамбул. Они все спрятали: ни антенн, ни проводов.

Много всего нужно сделать в Дербенте. И руководству города нужно советоваться с местными жителями. Ведь жители маленького города помнят, какой каждая улица была, какие обычаи были. При подготовке к юбилею Дербента администрация ни с одним руководителем, ни с одним местным жителем не советовались. Администрация закрылась от нас. Но ведь никто из них старого города не знает: они не выросли здесь.

Два года я уже директор музея, но ни на одно совещание администрации, посвященное юбилею города, я не был приглашен. На одном был, но с главой города переругался и больше меня никто не звал. Глава Имам Яролиев предложил строить новую горную оборонительную стену 42 км длиной и 18 метров высотой, финансировать каждый год по три километра. Я говорю: что за чушь? Ведь иранские шахи Сасаниды сто лет стену строили. Нам лучше делать упор на важные памятники, которые в шаговой доступности находятся.

В принципе, реставрировать нужно не только памятники, но и восстанавливать городскую среду в целом. В туризме нужен системный подход. У меня дома все хорошо, а в подъезде – срач, так не получится. Нужен и подъезд, и где кофе остановиться выпить, и парки.

- Стены цитадели восхищают, но местные улицы производят плохое впечатление…

- Это элементарно. Видите стену? Что мы сделали: просто почистили, траву скосили. Стало красиво, чисто и ухожено. Скоро благоустройство и освещение тоже завершим - будет отлично. Но весь город мы не потянем. Нужны силы не только музея-заповедника, но всего города. Однако нет у нас взаимодействия между Архитектурой города Дербента и архитектурой заповедника. То есть глава Архитектуры города, он в старой части города что хочет, подписывает на строительство, не соблюдая ничего.

Мы не дали администрации строить около каменной стены VI века спортивный комплекс. Из-за этого такой шум-гам поднялся, что меня чуть не уволили. Нужно взаимодействие властей, а  для этого на ключевых постах должны быть местные люди. А пока в той же архитектуре сидят люди, не имеющие своего я, то, как глава города скажет, так и будет. Они из Дагестана, но из других городов, будто у нас своих не хватает. За пять лет эта кадровая политика главы города привела к катастрофе.

- Главами администраций таких малых исторических городов должны стоять люди, имеющие образование в сфере туризма, истории, культуры…

- Ну, или хотя бы те, у кого здесь дедушка-бабушка похоронены.

- Кстати, об образовании. У вас какое?

- Историческое плюс экономическое. Плюс я здесь родился и вырос. Образование может быть и профильным, но нужно быть универсальным специалистом, чтобы владеть ситуацией и в бизнесе, и в менеджменте, и в истории.

Администрация города должна быть проходным двором. Туда все кому не лень должны заходить и решать свои вопросы. А последние пять лет мы наблюдаем, как они отгородились автоматчиками, как гестапо.

- Еще вопрос по поводу юбилея города. Как историк, скажите, согласны ли вы с датой: Дербенту – 2000 лет?

- По дате много споров ведется. Вообще-то, городу и 7, и 5 тысяч лет дают по некоторым источникам. Мы скромные люди, остановились на 2 тысячах лет. Есть у науки, помимо дат упоминаний в летописях, еще одно непременное условие: должен быть непрерывный период проживания людей в данной местности и подтверждение тому. Но в Дербенте есть перерыв в 2,7 тысяч лет. Может быть, не нашли или не искали. Вот и остановились на круглой дате от рождества Христова. Но если тогда говорить о том городе, который построился, а не как об оборонительном форпосте, то он построился в середине VI века, т.е. 1460 лет назад. Но наверху сказали: 2000 лет. Зато нам есть куда расти: может через 20 лет то-нибудь еще откапают. Хотя 5000-летний возраст в 70-х годах прошлого века был доказан и никто его не отменял.

- А доказано кем?

- Нашими археологами, тем же Кудрявцевым. Дело в том, что и здесь был спор, амбиции некоторых ученых, которые противостояли друг другу. По крайней мере, сегодня говорят, что между 2000-летним и 5000-летним возрастом нет этого необходимого слоя.

Все спорят о датах. Пусть нам  будет хоть тысяча лет, хоть еще меньше. Но пока мы недостойно относимся к памятникам, разрушаем их, устанавливаем мусорные баки вдоль памятников федерального значения, толкового эстетического вида нет. И должного отношения нет, внимания.

Необходимого финансирования реставрационных работ музею в целом не хватает. У нас огромный музей под открытым небом, но у нас нет помещения для конференц-зала, чтобы хотя бы сто человек собрать и провести мероприятие. У нас фонды – всего 100 квадратов, мы не можем пополнять их, нет мастерских для реставрационных работ. Зато мы - огромный музей-заповедник. То есть мы спорим с пеной у рта о возрасте, но ничего не делаем для того, чтобы защитить даже этот 2000-летний возраст. 

- Но к юбилею города все же многое сделано…

- Цитадель Нарын-Кала в полной своей красе сдана. Сделали круговую реставрацию всей стены. Теперь по ней могут ходить туристы, и в верхней, и в нижней части. Совсем скоро будет полное благоустройство в виде озеленения и ландшафта. Плюс полное освещение, художественная подсветка. Плюс новая экспозиция – неотъемлемая часть нашей цитадели. По всей южной части городской крепостной стены велись реставрационные работы. Открыт музей «Землянка Петра-I».

- И все это профинансировано Министерством культуры России?

- Да. А также меценатами. Землянку Петра Перового восстановили благодаря меценату – холдингу «Сумма» и лично его руководителю Зиявудину Магомедову. Я ему два года назад рассказал о том, что нашел землянку и обосновал свою находку. Хотя до этого я пять лет по всем инстанциям бегал, никто мне не верил, даже смеялись надо мной. В Москве меня уважаемые люди свели с ним, познакомили. Он «болел» петровской темой. Он даже в Голландии восстановил петровский домик. И он меня спросил: «Ты точно уверен, что есть землянка Петра Первого?» Я сказал: «Уверен. Периптер есть, колоннада над ней построена». И он отправил специалистов, дал денег археологам. Они раскопали, отреставрировали и недавно мы открыли памятник для посетителей. Это геополитически важный памятник и музей. С Петра Первого ведется официальный отсчет русской государственности на Кавказе.

- Этот меценат местный?

- Дагестанский. Он с Северного Дагестана, нефтяным бизнесом занимается. Они строят школы, садики. А в Дербенте они этот комплекс открыли и на его базе еще построили рядом помещения для проведения образовательных мероприятий.

- Русское географическое общество (РГО) принимает какое-то участие в восстановлении древнего Дербента?

- Нет, мы с ними не взаимодействуем. Нет контактов.

Источник: rusturinvest.ru

Также в рубрике

Конные прогулки по хребту Аибга на «Роза Хутор»!

 0