USD: 64.2101
EUR: 70.6761

«Музей Волгаря»

Текст: Олег Кнутов

Вода всегда была для человека не просто источником жизни, она несла людям вдохновение. Была полем битвы, дорогой в неизведанное, светлым или трагическим путём в один конец. Победители стихии, мореплаватели, считались людьми особого ранга. Неспроста греческий летописец писал: «Люди делятся на живых, мертвых и плавающих по морям». На берегах рек и морей возникали цивилизации.

Опыт судоходства и мореплавания требовал обобщения и сохранения для будущих поколений. Появились первые морские и речные летописцы, со временем начали создаваться музеи. Один из таких музеев появился и в Саратове.

Датой создания, первого в России музея речного флота, получившего название – Музей Волгаря, считается 1 октября 1921 года. До Музея Волгаря, в России существовали только морские музеи  в Санкт-Петербурге, Одессе и Риге. Так что появление Музея Волгаря в Саратове было событием государственного масштаба.

В те сложные и непростые для России годы, наблюдался необычайный всплеск интереса у работников водного транспорта к истории Волги, а также их желание повысить свой культурный и общеобразовательный уровень, привело к тому, что по инициативе водников местного райкомвода был организован в Саратове первый в Советском Союзе речной музей.

Идея создания Музея Волгаря была поддержана профессором Саратовского университета Б.М.Соколовым. Будучи эрудированным и энергичным человеком, профессор Б.М.Соколов вел активную педагогическую деятельность: читал лекции, занимался исследованиями. Особыми его достижениями было создание музеев этнографии и голода. Впоследствии Б.М.Соколов был назначен директором Саратовского государственного областного музея, а в 1924 году, вернувшись в Москву, возглавил Центральный музей народоведения СССР.

Среди его учеников был Федор Николаевич Родин, 1896 года рождения, уроженец села Никольское Петровского района Саратовской губернии, по образованию штурман дальнего плавания (окончил в 1918 и 1919 годах Бакинское и Астраханское мореходные училища) и историк-филолог, окончивший в 1925 году Саратовский университет. Он то и стал организатором и первым директором Музея Волгаря.

Ф.Н.Родин – первый директор Музея Волгаря

Музей сначала размещался в одной из комнат Клуба Водников, затем в канцелярии райкультвода, а впоследствии Музей находился в здании этнографического музея Саратовского государственного областного музея, который располагался в особняке известного саратовского мукомола Ивана Петровича Шмидта.

Раньше здесь размещался Музей Волгаря

Первая музейная выставка состояла из разнохарактерных предметов, собранных вместе без всякой научной базы. В основном это были работы детей речников, учащихся различных школ города. Но главная цель была достигнута – было положено начало музею.

Экспонаты для Музея Волгаря собирались по всему Волжскому бассейну.

Родин с увлечением занимался сбором и изучением различных документов по истории судоходства, судостроения и бурлачества.

Особенно волновала Федора Родина тема бурлаков. В 1974 году он издал монографию «Бурлачество в России», в основу которой положен поражающий своими масштабами подлинный исторический материал.

С 1924 по 1929 годы Ф.Н.Родин совершил несколько научно-поисковых экспедиций в десятки населенных пунктов Горьковской, Ульяновской, Пермской и Рязанской областей. Результаты поисковых экспедиций запечатлены на фотографиях, которые были оформлены в фотоальбомы.

Участники экспедиций ходили на реки Каму, Оку, Мокша, Суру. В 1925 году проведена экспедиция для сбора экспонатов и материалов по маршруту Белое Озеро – Рыбинск – Ярославль. По маршруту Кострома – Горький – Казань – Саратов – Астрахань шли по Волге на долбленных лодках. Продолжительность этой экспедиции составила около двух месяцев, в ней приняли участие саратовские студенты. В разных местах Поволжья собрано довольно много ценных экспонатов, а также исторических, экономических, этнографических сведений о волжском судоходстве и бурлачестве. 

Благодаря упорству, необычайному интересу к своему делу и уверенности в том, что все будет востребовано последующими поколениями речников, Федор Родин собрал огромную коллекцию подлинных источников, фотографий, предметов, которые были представлены в первой настоящей экспозиции Музея Волгаря.

В далекие и довольно трудные 20-е годы XX столетия директор музея творил настоящие чудеса, собирал уникальный и обширный материал. Сегодня экспозиции первого Музея речного флота можно увидеть только на фотографиях. Достаточно грамотно, а главное – с увлечением составленные, они вызывают чувство восхищения.

Экспозиции Музея Волгаря

Ф.Н.Родин вспоминал: «За 10 лет моей работы в Саратовском Музее Волгаря было собрано с помощью актива речников большое количество экспонатов, отражающих историю судоходства, труда и быта волгарей. В 1928 году в музее насчитывалось до 200 исторических книг о Волге, более тысячи других экспонатов, размещенных в шести разделах музейной экспозиции».   

Из экспедиций привозили книги по судоходству и судостроению, труды путешественников XVII – XVIII столетий – А.Олеария, К.Де-Бруиня, П.С.Паласса, академика Лепехина. Сегодня эти издания признаны как имеющие особую культурно-историческую ценность. Кроме того, в 20-е годы прошлого столетия в Музее Волгаря появились лоцманские карты, путеводители и многие другие документы.

В экспедиции 1924 года в селе Исады Макарьевского уезда Нижегородской губернии Федору Родину подарили модель коноводки. Дарителя звали М.В.Козин. Модель, которая уже в то время представляла собой историческую редкость, изготовлена крестьянином Андреем Матвеевичем Фоминым как уменьшенная копия подлинного судна постройки 1850 года. К сожалению, модель была передана в Москву, а затем потерялась. Как воспоминание о ней в архиве Музея речного флота в Нижнем Новгороде сохранилась фотография 1912 года, на которой запечатлен Фомин с моделями судов.

А.М.Фомин с моделями судов

Не сохранился и любопытный экспонат, который был бы интересен и современникам, - родословное древо волжского судоходства, составленное на основании летописей, книг и гравюр.

Стенд «Древо волжского судоходства»

В Музее Волгаря представлено было и народное творчество жителей  Поволжья, которое поражало богатством корабельной резьбы. Судовая «резь», которой владели волгари совершенно не изучалась, поэтому лучшие ее образцы бесследно исчезли. Между тем, по своей законченности и четкости она доходила иногда до полных и совершенных форм классического искусства. В годы существования Музея Волгаря еще можно было найти резные доски, служившие бортовой обшивкой волжских судов. Были и фотографии, которые расширяли представление о красоте судовой резьбы и демонстрировали раскраску исторических судов.

В Музее Волгаря находилась богатая коллекция открыток кораблей Военно-Морского флота (350 штук) и весьма ценные модели кораблей и судов. Все они, как по району плавания и времени бытования судов, так и по своему назначению, были очень разными. Среди них – модель царской яхты «Ливадия», китайской джонки, военного корабля Каспийской флотилии первой четверти XIX столетия, французских фрегатов, парохода-крейсера «Саратов» и другие.

Особенно хотелось бы остановиться на моделях французских фрегатов «La Legere», «La Felicite» и парохода-крейсера «Саратов».

Модели фрегатов «La Legere» и «La Felicite» были приобретены художником-маринистом А.П.Боголюбовым и в последующем переданы в Радищевский музей («La Legere» в 1886 году, а «La Felicite”» в 1897 году по завещанию А.П.Боголюбова), а в 1925 году из Радищевского Музея их передали в Музей Волгаря. В 1929 году эти модели были переданы в Центральный Военно-Морской музей, где и находятся в настоящее время.

Модель французского фрегата «La Legere» - это великолепная работа мастера, выполненная из золотистого ореха в 1682 году. Во Франции например, самая ранняя из сохранившихся моделей фрегатов – модель фрегата изготовленная в 1764 году. Более ранних моделей фрегатов в Парижском Морском музее нет. От наследия знаменитого корабельного мастера Блэза Понгало во Франции не осталось ни одного чертежа, ни одной модели. Модель «La Legere» - это легкий фрегат Блэза Понгало, первый из кораблей, который он построил для французского короля.

Модель фрегата «La Legere»

В 1716 году Петр I отправляет за границу графа Зотова, чтобы нанять на царскую службу известного корабельного мастера Понгало, который к тому времени уже построил для Франции 17 кораблей. В 1719 году, согласно документов из французского архива, Понгало отбывает на службу в Россию в качестве корабельного мастера.

Для подтверждения своего мастерства Блэз Понгало привозит с собой в Россию модель фрегата «La Legere, построенную им собственноручно. А.П.Боголюбов мог приобрести эту модель у потомков Рамбурга и Окунева, которые были приставлены к ППонгало в качестве учеников и переводчиков. В последние месяцы жизни мастера они буквально носили его на руках, так как почтенный старец сам ходить уже не мог.

Модель   фрегата XVIII века – это модель французского фрегата «La Felicite». Кто изготовил эту модель пока установить не удалось. Эта модель также находится в Центральном Военно-Морском музее.

Не меньший интерес представляла и модель парохода-крейсера «Саратов». Эта модель была передана экипажем корабля в дар Саратовской городской Думы и жителям города в апреле 1892 года, а в мае этого же года она была передана в Радищевский музей, а оттуда в 1925 году в Музей Волгаря. Пароход-крейсер «Саратов» был построен на пожертвования жителей Саратова, собранных для постройки кораблей Добровольного флота. 13 мая 1891 года по высочайшему соизволению строившемуся в Англии кораблю было присвоено имя «Саратов». 9 марта 1898 года пароход-крейсер «Саратов» доставил в Порт-Артур и через неделю, когда порт был занят согласно договору с китайскими властями, высадил на берег первый эшелон сухопутных войск, составивший основу будущей крепости. В честь парохода-крейсера «Саратов» в Порт-Артуре, самый большой ресторан, расположенный на набережной, был назван «Саратовом».

Пароход-крейсер «Саратов»

В 1901 году на его борту в Порт-Артур прибыл художник В.Верещагин. Иван Бунин посвятил ему рассказ – «Пароход Саратов», а художник К.Гефтлер одну из своих картин. В период гражданской войны участвовал в эвакуации Крыма. На его борту был эвакуирован Донской императора Александра III кадетский корпус, который был возрожден в Новочеркасске в 1991 году. Пароход-крейсер «Саратов» был последним кораблем, который покинул Крым и Россию, на его борту находилось более 7000 эмигрантов, в   то время, как способен был брать на борт только 978 пассажиров.

Эта модель, после закрытия в Саратове Музея Волгаря также пропала.

В 1932 году Ф.Н.Родин был переведен в Москву в Центральный музей Наркомата путей сообщения, где заведовал отделом морского и речного транспорта, исполнял обязанности директора организованного в 1932 году самостоятельного музея водного транспорта. Ф.Н.Родин заведовал отделом технической пропаганды речного флота в ОСВОДе, несколько лет работал в Институте истории науки и техники Академии Наук СССР и в Московском областном лекционном бюро. С октября 1941 года по октябрь 1945 года служил в Центральном музее Вооруженных Сил СССР. С 1948 года и до выхода на пенсию в 1959 году работал в Центральном доме техники Министерства речного флота начальником плавучей выставки «Речной флот СССР».

После отъезда Ф.Н.Родина, из Саратова в Москву, музей возглавил работник Саратовского райкомвода Николай Иванович Кузьмин, 1900 года рождения, историк по образованию, вложивший много труда в изготовление и приобретение для музея моделей судов, паровых машин, карт, картин альбомов фотографий.

Н.И.Кузьмин

В 1935 году Музей Волгаря перешел в ведение Наркомвода, в том же году из-за отсутствия помещения и по инициативе Н.И.Кузьмина музей был переведен из Саратова в Горький, в Институт инженеров водного транспорта и размещен в учебном корпусе. В 1936 году приказом Наркомвода московский и горьковский музеи были реорганизованы в Дома техники, а с 1965 года Горьковский Дом техники стал филиалом Центрального дома техники. Во время Великой Отечественной войны Дом техники был закрыт, так как помещения ГИИВТа  временно передались Министерству судостроительной промышленности. Экспонаты музея находились в Горьковском политехническом институте и только в 1944 году вернулись в Горьковский институт инженеров водного транспорта. Дом техники вновь открылся в год Великой Победы. В 1968 году Центральный дом техники был ликвидирован, экспонаты музея были переданы волжскому объединенному речному пароходству. В январе 1971 года, в соответствии с приказом Министра речного флота, то что осталось от музея, вновь было передано в ГИИВТ, где он получил название «Музей речного флота» и стал структурным подразделением института.

Таким образом, саратовский Музей Волгаря дал жизнь двум музеям. Центральный музей транспорта наркомата путей сообщения формировался на базе экспонатов выделенных из фондов саратовского Музея Волгаря. В годы «перестройки» Центральный музей транспорта прекратил свое существование. Судьба большинства экспонатов осталась неизвестной. Вторым музеем, которому дал жизнь Музей Волгаря, стал музей речного флота в Нижнем Новгороде.

Казалось бы Музей Волгаря покинул Саратов навсегда, но в 1992 году, опять же по инициативе водников, он возродился как музей Саратовского речного порта, однако как отмечали в то время журналисты: «У нового музея один существенный недостаток: расположен он далеко от центра города, в речном порту. И это не вина, а беда организаторов. Предлагали они разместить экспозицию в речном вокзале – на самом перекрестке туристических дорог, - да начальник речвокзала ответил недоуменно: «А зачем мне это нужно?».

В 2006 году музей вновь испытала судьба на выживание – от его содержания отказался речной порт. Вот тогда-то его и взял на свое попечение городской Комитет образования. Таким образом, он и оказался в том месте, где и располагается сейчас – в домах 8 Марта.

Сейчас музей занимает две комнаты и за те несколько лет, что музей является городским имуществом, его материальное положение, статус и условия, по сути, не улучшились. Единственный сотрудник и главный хранитель музея – Александр Николаевич Азовцев, который официально работает в детско-юношеском центре методистом на полставки. Александр Николаевич – речник с сорокалетним стажем работы, знаток Волги, истории судоходства. При нем музей вновь начал пополняться новыми экспонатами, проводятся экспедиции по местам затонувших судов. По его инициативе поднят вопрос о подъеме и реставрации «Саратовского ледокола»» - реликвии речного флота, открываются новые экспозиции, в музей потянулись учащиеся и студенты.

Директор музея А.Н.Азовцев

Несмотря на то, что в коллекции музея немного артефактов со столетней историей, экспонаты востребованы другими музеями и выставками. К примеру, спасательный круг с легендарного парохода «Володарский» и модель этого судна выставлялись на Поклонной горе в Москве. В 2013 году музей стал победителем городского смотра-конкурса в номинации – «За лучшую работу с ветеранами – участниками Великой Отечественной войны и боевых действий».

Одна из последних экспозиций музея

Следует ли сделать коллекцию частью более крупного музея? К примеру, передать ее в областной музей краеведения или Музей трудовой славы на Соколовой горе? Современные тенденции в музейном деле свидетельствуют не в пользу такого решения. В туристических регионах активно развиваются музеи всего, что только можно (утюга, паровоза, арбуза, самовара и т.д.), музеи-квартиры одного писателя (художника, поэта, музыканта) – вполне привычное явление для нашей страны. А в различных странах мира, в том числе и России, существуют музеи одного корабля и прочие примеры моно -специализации.

В Саратове не настолько «роскошная» ситуация с музеями, чтобы отказаться от своего музея флота в пользу какого-то учреждения. Музей – последняя возможность сохранить для нынешних и будущих поколений уцелевшие вещественные доказательства того, что когда-то на Волге в окрестностях Саратова все было гораздо живее и интереснее. Музей флота – это очевидная «точка роста» в развитии туризма.

В таком городе на Волге, как Саратов имеющий тесные связи с морским и речным флотом, этот музей точно заслуживает более пристального внимания со стороны жителей, власти и меценатов, чем сейчас.

А казалось бы, найди музею помещение около берега волги, и вот вам объект, привлекательный для туриста. Проезжающие через Саратов туристы во время волжских круизов, едва сойдя с трапа круизного теплохода на берег, могут попасть в уникальный музей. А если придать музею небольшой катер, то можно организовывать экскурсии по заповедным волжским местам, к местам затонувших судов, а можно и попробовать себя в роли бурлака или кораблестроителя. Есть смысл подумать и о сувенирах, и о книжной продукции, и о наборах открыток, и о буклетах, и даже о копиях моделей судов, находящихся  в музее. Это опять таки будут уникальные саратовские сувениры, которые обязательно привлекут туристов.

Мест для размещения музея у Волги предостаточно. Худшим вариантом было бы размещение его вдали от Волги. Это было бы бездумное с точки зрения имиджа города и его бренда решение.

Музей мог бы стать туристической достопримечательностью Саратова, дополнить его военно-патриотическую составляющую как города трудовой славы. Но это, видимо, станет возможно только в том случае, если музей возьмет под свою опеку областное правительство.

Многолетняя история уникального музея говорит о том, что только на инициативу снизу, только на героических усилиях энтузиастов можно, конечно уберечь от варварства и сохранить исторические ценности и раритеты. Но чтобы музей развивался, нужен государственный подход и государственная поддержка энтузиазма и энтузиастов.

Также в рубрике
Комментариев нет. Станьте первым!