USD: 57.5706
EUR: 67.9333

Староверы — русское чудо эстонского Причудья

Староверы — русское чудо эстонского Причудья

Южная Эстония славится своей природой, так напоминающей Россию. Именно сюда, на живописные берега Чудского озера, от преследований российских властей в конце XVII века бежали русские староверы. Они разбили несколько деревень, где и по сей день сохраняют свои традиции и культуру. У старообрядцев есть свои молельни, которые они построили вместо запрещенных им церквей. Внутри молельня окрашена необычной для церковного здания фиолетовой и даже розовой краской. Выглядит приветливо. Иконостас отличается от традиционного православного отсутствием золота. Здесь есть второй этаж, где во время службы положено находиться чужеверцам и даже старообрядцам, которые долго отсутствовали.

Cтарообрядческая моленная Успения Пресвятой Богородицы (ДПЦ). Малые Кольки, Эстония

Cтарообрядческая моленная Успения Пресвятой Богородицы (ДПЦ). Малые Кольки, Эстония

Местные русские старообрядцы, как они себя называют, являются эстонской достопримечательностью и, пожалуй, одним из самых давних, но живых явлений русского мира, который представлен и в Эстонии. Судьба и преданность староверов не могут не вызывать уважения у тех, для кого эти понятия имеют ценность. Сохраняя традиции, старообрядцы участвуют в эстонском туристическом проекте «Луковая дорога», которая проложена вдоль берегов Чудского озера и устьев рек Эмайыги и Калласте. Проект получил название в честь причудского лука, который издавна выращивали в этих местах староверы. Говорят, что на воду можно смотреть бесконечно. В отношении Чудского озера, которое тут небезосновательно сравнивают с морем, — это, как никогда, верно.

«Если присмотреться, то в хорошую  погоду на том берегу можно увидеть Россию», — уверяют местные.

Чудское озероЧудское озеро

По другую сторону Чудского озера — Россия. Свои, но не совсем. И здесь уже причина была не в территории или общности крови, а в принципиально разном понимании Веры. Не случайно тоже русских, но в метрополии, здесь называли «русманами», людьми Руси. Не враждебно, не чужаки, но иные русские. Староверы, которые тоже неоднородны в своих течениях, всегда стремились избежать диктата государства и церковных иерархов. И через гонения и огонь добились сосуществования. У них, во всяком случае в Причудье, строгая, на самоконтроле, но своеобразная вольница. Наставники из своей среды и молельни-храмы, куда на службу чужих не допускали. Некоторые из них, построенные когда-то только на собранные деньги общины, уже почти превратились в живые своеобразные музеи их самобытных традиций.
 

Секрет — в трудолюбии

Столетия назад они пришли сюда, на пограничье земли эстов, где уже жили русские. Шли, точнее бежали, несколькими волнами общин-переселенцев: поморские, из архангельских краев, и из глубинки России. Построили несколько своих деревень. И поселились, не смешиваясь и не враждуя с соседями — с эстонцами и православными русскими. Сами по себе. Так же в латышской Латгалии. Или еще южнее, на землях Литвы.

Причудская волость в Эстонии имеет старообрядческий гербПричудская волость в Эстонии имеет старообрядческий гербДля своего времени они всегда жили достаточно крепко, поскольку были трудолюбивы, дисциплинированы, опирались на общину и на своих местных лидеров — наставников, избранных на общем собрании или из аналогичных общин, а не присланных откуда-то «сверху». Так они и жили при царях, революциях и при советской власти. К слову, совсем неплохо. Преуспевая благодаря труду как никогда. Многие мужчины от колхоза ловили рыбу в Чудском озере — почти круглый год, кроме ледяной зимы. И для всех, и себе на стол. Щука еще не была деликатесом. Сегодня это невозможно. Европейская квота позволяет рыбачить только два месяца в году. Другие староверы выращивали цикорий, овощи, и главное — трудоемкий, но выгодный лук. Вручную копали гряды глубиной более полуметра, на восемь квадратных километров в целом. Земля благодарила хорошим урожаем. Дважды в неделю везли тот же лук тоннами на рынки Петербурга, тогда Ленинграда.
 

Демографический удар

Сегодня все завершилось. Молодежь, как и везде в стране, уезжает в крупные города и за границу, ассимилируясь в новом мире и обществе. Демографический удар оказался сильнее прежних гонений. В их деревнях живет до семисот человек, но в основном это пожилые люди и дети школьного пока еще возраста. Лидер эстонских староверов, подвижник и мастер резьбы по дереву Павел Варунин с гордостью говорит о летнем лагере для детей, где они изучают традиции, старославянский язык, ремесла. Но он вынужден признать, что это скорее попытка сохранить язык и некую этнокультуру, чем глубокую Веру отцов. Попытка сохранить корни. Варунин пишет и удивительные картинки в традициях русского лубка. Но разъезжаются не просто молодые и зрелые люди, разъезжаются и потенциальные таланты.

Павел Варунин. Лидер эстонских староверов, подвижник и мастер резьбы по дереву  Павел Варунин. Лидер эстонских староверов, подвижник и мастер резьбы по дереву

В пятидесяти общинах староверов Эстонии в основном живут пожилые. Так вроде было и прежде, но подрастающие оставались близко к дому, к родным и к традиции. А сегодня их выметает из деревень-общин необходимость поиска работы и своего места в этом мире.
 

Часть этнической мозаики

В то же время значительно укрепились связи со староверами других стран. Особенно с Петербургом, где желающие могут изучать не только традиции, но и уникальное крюковое пение религиозных песен и гимнов. Староверы рассматривают друг друга, независимо от страны проживания, как близких родственников и стараются если не объединиться, то помогать друг другу и поддерживать. В Советском Союзе деревни староверов были частью общей административной системы. В Эстонии их немного, но поддерживаются они уже целево — что-то отремонтировать, подкрасить. В деревенской школе есть регулярные занятия по традициям и прикладным навыкам староверов. Хотя официально такое не входит в программу обучения, никто не рассматривает это как нарушение циркуляров. Местные власти, похоже, разумно решили, что лучше не выталкивать староверов в неподконтрольные воскресные домашние кружки. Мало того, это, безусловно, акт уважения к иным согражданам.

В то же время МИД республики, вроде согласившись, на практике отказался составить программу, помочь или связаться со староверами, православными и русской общиной страны. В отличие от народа чиновникам гордиться нечем. Вечная логика бюрократии: кому надо — тот знает. МИДу Эстонии, видимо, достаточно, что, где и как разложено для их отчетов в Брюссель в территориальных стенах собственных кабинетов. Все остальное, сама Эстония, маячит где-то там, под казенными столами и за окнами. Староверы для власти, да и сами они, уже почти превратились в этнографию страны. Часть ее мозаики для того же туризма. И для Евросоюза. Мол, мы тоже мультикультурное общество, европейское. А не какое-то там узкое «моно».

Как бы то ни было, но староверы в Эстонии есть. Они пытаются сохранить не только свои традиции, но суть и память о них. И о своих предках, которые пришли на эти земли, жили, работали и берегли Веру веками, а вместе с тем и сами понятия «русские» и «староверы».

Источник: ruvera.ru

Также в рубрике

Яркие краски Гудаури

 0