USD: 62.2934
EUR: 72.4659

Как встречают Новый год в плацкарте, самолете и на трассе

Истории людей, отмечающих праздник в необычных условиях

Как встречают Новый год в плацкарте, самолете и на трассе

Для тех, кто не отказывается от самой идеи праздника, встретить бой курантов не дома или не в компании друзей — страшный сон. Но, как ни странно, даже во время поздравительной речи президента во всей стране ходят поезда, автомобили и даже летают самолеты. The Village выслушал истории людей, которым пришлось отмечать главный национальный праздник в пути.

Анна Стадник

повар

Четыре год подряд отмечает Новый год в плацкарте

Я сажусь в новогодний поезд из Москвы вечером 31 декабря и еду 16 часов. Когда это произошло первый раз, я, конечно, немного расстроилась, что отпраздную Новый год не дома, но в дороге быстро стало весело. Мне нравятся поездки на поезде — они гораздо приятнее, чем на автобусе, а на самолете я никогда и не летала. Плацкарт лучше, чем купе, потому что в купе ты сидишь весь закрытый и замкнутый, а в плацкарте интересно: много людей, все ходят туда-сюда — это такое бесконечное движение.

Новогодний поезд, конечно, никак не украшен — выглядит все как обычно. Всю поездку я провожу за столиком с попутчиками — они мне каждый раз попадаются хорошие и вежливые, никто еще ни разу не грубил. Еда на столе — вся общая, кто что хочет, тот и кушает. Я беру с собой бутерброды, помидоры, огурчики, перчик, мясную нарезку. Могу и жареную курочку взять, конечно. Другие пассажиры кормят, в принципе, тем же самым — все берут в вагон что-то, что можно быстро съесть и что не испортится в дороге.

В поезде не напьешься — там нельзя. При этом все, конечно, незаметно выпивают, но дебоширов я не видела ни разу. Лишь однажды веселый мужчина так сильно радовался Новому году, что заговорил с поездом. «Вагон, я люблю тебя!» — кричал он.

Помимо еды, у меня всегда с собой бутылка шампанского и мандарины — для новогоднего настроения. Конечно, полицейские проходят по вагону с осмотром, но они делают это лишь один раз перед отправлением. Если видят, что бутылка закрыта, то и не спрашивают ничего. А вот мальчику, который сидел рядом со мной с открытым безалкогольным пивом, они выписали штраф, хотя у него точно была безалкоголка. Когда осмотр прошел, можно смело открывать все бутылки — обратно полицейские не возвращаются. Я тихо-мирно праздную с попутчиками — порой проводник даже дает нам свои стаканчики, но сам никогда не присоединяется — не положено.

Вообще, я из украинского города Хмельник, что в Винницкой области. В Москву меня позвала работать подружка, и вскоре я устроилась поваром в офис. С тех пор я три месяца живу и работаю в столице, а потом на три месяца уезжаю домой. Зимние праздники провожу в Хмельнике, но 30 декабря мне нужно готовить на работе еду, а 31-го убираться на кухне, поэтому четыре года назад мне впервые пришлось отметить Новый год в плацкарте. Точно такая же ситуация повторилась и в следующие три года.


Куда ни посмотри — везде пьют, жуют и празднуют. В это время вагон плацкарта похож на гигантский праздничный коридор


Билет до Хмельника стоит 4 тысячи рублей, я его покупаю заранее, примерно за месяц, и выбираю нижнюю койку во втором или третьем купе. Там и воздух посвежее, и к проводнику с кипятком близко. А проводники попадаются разные. Бывают очень злые, с которыми даже здороваться не хочется. Помню, ехал как-то рядом пассажир с тремя сумками — так проводник вцепился в него и стал требовать багажную квитанцию. Поднялся шум, они начали ссориться. В итоге пассажир дал взятку, а на конечной станции проводник все равно стал с ним спорить. Какая ему вообще разница, две или три сумки у мужчины? А вот в прошлом году проводник меня удивил. Выскочил в полночь — а на нем белые борода, усы, форма проводника и красная шапочка сверху. Нарядился Дедом Морозом и поздравлял всех в вагоне. Но подарков не дарил.

В дороге все рассказывают истории о своей жизни, о своих проблемах и радостях. Но я чаще слушаю других, чем говорю о себе, да и не о чем мне говорить: ничего интересного в моей жизни не происходит. Хоть я и много слушаю, но никогда ничего не запоминаю и не вспомню ни одну историю за четыре года поездок.

Когда бьют куранты, я смотрю, как за окном стреляют фейерверки, а в вагоне в это время все радуются и поздравляют друг друга. Куда ни посмотри — везде пьют, жуют и празднуют. В это время вагон плацкарта похож на гигантский праздничный коридор. Было бы побольше места, народ бы и танцевал. Но все веселье продолжается до половины второго ночи, потому что в это время мы проезжаем российскую границу. К этому времени нужно все убрать и выглядеть опрятно. А через три часа нужно проходить вторую границу, и ложиться спать смысла уже нет.

По сути, я отмечаю Новый год с незнакомцами, и больше я этих людей никогда не увижу в жизни, но меня это не расстраивает. Мы все чужие друг другу люди, но в Новый год мы вместе. Конечно, я бы хотела встретить Новый год дома — там родственники накрывают большой стол, приходят дети, внуки и соседи, а потом мы идем в центр города к елке и запускаем фейерверки. Но не получается, поэтому я радуюсь тому, что есть. Тем более когда в 11 утра я приезжаю домой, праздник продолжается — все уже свежие, и я присоединяюсь к ним.

Ольга Першина

33 года, журналист

Праздновала Новый год в самолете

Я люблю путешествовать — для меня важна не столько конечная цель, сколько сам процесс сборов и ощущение дороги. Не так давно я переехала жить из Петербурга в Стамбул к молодому человеку и прошлый Новый год решила отпраздновать с ним в Турции. Я хотела воспользоваться накопленными милями «Аэрофлота», но «Аэрофлот» — хитрая компания, которая не любит делать подарки, поэтому мне предложили только неудобные рейсы. Единственным подходящим вариантом был полет с 31 декабря на 1 января с пересадкой в Москве.

Конечно, я всегда хочу встречать Новый год с шампанским, телевизором и фейерверками, но, с другой стороны, я никогда не праздновала в экстремальных условиях. К тому же мне было любопытно, как все это проходит в воздухе, и я согласилась. Новый год я встречала где-то в небе над Украиной.

Билет на самолет стоил 20 тысяч рублей, но благодаря накопленным милям мне он достался за девять. Пулково и Шереметьево были празднично украшены: всюду стояли елочки да снежинки, но все выглядело невпечатляюще. Перед поездкой я думала, что в аэропортах и самолетах будет сквозить ощущение праздника, что я подойду сдавать багаж, а мне скажут: «С Новым годом! Вот вам шоколадка!» Но никакого позитива у сотрудников не чувствовалось, да и все пассажиры были какие-то унылые. Почему в обычных продуктовых магазинах поздравляют с праздником, а в аэропортах нет?

Все было так, будто я лечу обычным рейсом. Я не рассчитывала на шоу Дедов Морозов, но можно же сделать пару снежинок из салфеток и новогоднее меню. Кстати, еда была, как всегда у «Аэрофлота», ужасной. Я не рассчитывала на лобстера, но могли бы хотя бы оливье в честь праздник подать. Словом, я разочаровалась, новогоднего настроения не было, и единственным моим желанием было поскорей долететь и забыть эту ночь.

Пустых мест в самолете на удивление не было, но вовсе не потому, что билеты были дешевые — ровно наоборот: в полете я узнала, что некоторые пассажиры купили билеты за 50 тысяч рублей.


После выпитого выстроилась гигантская очередь в туалет — буквально во весь самолет, и все стали общаться друг с другом в проходе. Получилась гудящая человеческая масса


«Аэрофлот», как и многие другие авиакомпании, запрещает распивать алкогольные напитки на борту, а если выпьешь и начнешь буянить, то тебя еще и в черный список внесут. Но мои две мои попутчицы — мама со взрослой дочерью — истинно русские женщины, которые знают, как организовать праздник, если никто не хочет его организовывать. Они взяли с собой шампанское, нашли третьего, то есть меня — и все, разговор пошел. Чтобы никто не услышал звук вылетающей пробки, мы громко разговаривали и шумели. Также мы соорудили небольшое прикрытие, чтобы не видно было бутылку. В итоге я сидела с шампанским в стаканчике из-под сока и чувствовала себя школьницей перед дискотекой.

До полуночи в самолете было подозрительно тихо, но я уверена, что не мы одни выпивали в салоне, потому что многие пассажиры проходили в туалет качающейся походкой с меланхоличной улыбкой на лице. Я считаю, что Новый год без алкоголя — это кошмар, так нельзя, иначе следующий год будет плохим. А мы с попутчицами посидели весело, душевно — словом, в лучших российских традициях.

Полет длился два с половиной часа, и в 12 ноль-ноль пилоты неожиданно по громкой связи поздравили всех с Новым годом, а стюардессы уже сами стали разливать пассажирам шампанское. Причем не дешевое советское за 100 рублей, а хорошее итальянское. После этого настроение — хоп — и взлетело вверх. Люди стали общаться друг с другом, чего не происходит на обычных рейсах. В салоне ощущалась искренняя новогодняя радость, подкрепленная шампанским. При этом все вели себя прилично, и никто не переходил грань дозволенного.

Некоторые пассажиры просили по второму стакану, и стюардессы без вопросов подносили. После выпитого выстроилась гигантская очередь в туалет — буквально во весь самолет, и все стали общаться друг с другом в проходе. Получилась гудящая человеческая масса. Бывает bus-party, а у нас была самолет-пати. Только без танцев, потому что места мало.

Также стюардессы раздавали всем пассажирам свернутые бумажки с поздравлениями, а на одной из них был приз — поездка в любую точку мира за счет компании. В новогодней лотерее несправедливо победил гражданин Китая. Несправедливо, потому что мы летели российской авиакомпанией, и вообще, китайский Новый год наступает только в феврале. Китайца, конечно, поздравляли, но он не говорил по-русски и вообще не понимал, что происходит.

В половину второго ночи я прилетела в Стамбул, где на улицах не особо празднуют Новый год, но меня встретили знакомые, и мы снова открыли шампанское. Потом поехали домой, и из самолет-пати я попала на хоум-пати.

Михаил Курбатов

44 года, дальнобойщик

20 лет подряд отмечает Новый год в машине

В детстве Новый год был для меня самым сказочным и любимым праздником. Дни рождения и прочие памятные даты отходили на второй план. Я всегда ждал Нового года — он проходил торжественно: с гуляньями на улице, фейерверками, бенгальскими огнями, елкой и хлопушками.

Со временем у меня сильно изменилось отношение к Новому году — вернее, я просто перестал считать этот день праздником. Ведь привязка к 31 декабря и 1 января ничем не обоснована — по сути, обычный календарный день. Новый год должен обозначать начало чего-либо. Правильно было бы отмечать его в первый день весны, когда рождается природа: тает снег и выползает трава.

Поэтому уже больше 20 лет я не праздную Новый год, но дарю подарки и поздравляю родственников и друзей, который считают этот день праздником. А водителем-дальнобойщиком я мечтал быть с детства. В мое время такая работа считалась прибыльной и престижной. Работать я устроился сразу после армии, а в 1996 году первый раз провел Новый год в пути. Жена, конечно, была удивлена и задавала кучу вопросов, но я переубедил ее. Говорил, что нужно обязательно ехать в рейс и нельзя отказываться, потому январь и февраль — мертвые месяцы. Позже, спустя примерно полгода, я рассказал ей про свою позицию, и в следующие разы, когда я собирался в новогодний рейс, она уже не пыталась меня переубедить.

Я работаю на длинных рейсах: зимой обычно уезжаю в конце декабря, а возвращаюсь в середине февраля. Подарки дарю заранее либо оставляю, чтобы они были сюрпризом. Ну и, конечно, в новогоднюю ночь звоню родственникам, чтобы поздравить их. Пока со всеми поговоришь, уже порядочно времени пройдет. Ложусь спать я обычно часа в два-три ночи. Я вообще негативно отношусь к любым праздникам. В нашей стране их слишком много — чуть ли не каждый день. Все празднуют и празднуют, а страна катится под откос.


С 2007 года я не слушаю радио и не смотрю телевизор, поэтому у меня всегда в машине тихо. Порой я даже не замечаю, что уже наступил Новый год


Каждое 31 декабря с 96-го года я провожу в дороге. Уезжаю от праздника, в который не верю, и зарабатываю деньги. Кстати, новогодние рейсы хорошо оплачиваются — в среднем на 20–30 % больше, чем обычно. С 2007 года я не слушаю радио и не смотрю телевизор, поэтому у меня всегда в машине тихо. Порой я даже не замечаю, что уже наступил Новый год.

В новогоднюю ночь дороги обычно пустые, и я еду один — встречаются разве что легковые машины, и то редко. На стоянках тоже паркуюсь в одиночестве — нет даже охранников. Кафе тоже все либо закрыты, либо в них проходят корпоративы. Хотя последние три года из-за кризиса в стране машин на новогодних дорогах стало побольше — зарабатывать же людям надо.

В 2003 или 2004 году со мной произошел смешной случай. Примерно в 23:45 я подъезжал к Екатеринбургу и решил остановиться на ночь на стоянке около поста ГАИ. Начинаю парковаться и вижу — ко мне с поста бежит гаишник и машет жезлом. Я вообще не понимал, что ж ему, блин, надо в такое время. Подошел, представился, попросил документы и сказал пройти на пост. А я почти заехал на стоянку и говорю ему: «Командир, через десять минут Новый год, что ты от меня хочешь?» Он не хотел ничего слушать и требовал, чтобы я прошел на пост. В принципе, он имеет полное на это право. Прихожу я туда, а мне другой инспектор указывает на закрытую дверь. Открываю — а там пять инспекторов сидят за праздничным столом и просят присесть к ним. Ну я им говорю: «Не-не-не, ребят, так не пойдет. Вы зачем у меня документы забрали?» Они говорили, что, пока я за столом не посижу, документы не отдадут. Ну мы спорили-спорили, и я настоял на своем. Говорил, что они поступают незаконно, что сейчас я выпью шампанского, а потом буду парковать машину — и они меня оформят за алкоголь в крови. В итоге дэпээсники отдали мне права, я поставил фуру и немножечко посидел с ними.

Также в рубрике
Болельщиков из Европы не испугал даже дождь — нужно не только посетить матч, но и успеть купить сувениры
 0

История россиянки, перебравшейся в Италию

 0