USD: 57.5228
EUR: 62.0959

Прожив в России три месяца, Йорильд Маусет, наконец, узнала, что же она заказывала каждый день в столовой

Прожив в России три месяца, Йорильд Маусет, наконец, узнала, что же она заказывала каждый день в столовой

Йорильд Маусет (Gørild Mauseth) в своем новом фильме путешествует с сыном и мужем через всю Россию.

На улице хлещет дождь, когда Йорильд Маусет, дрожа от холода, входит в кафе. Она широко улыбается, расстегивая мокрое пальто.

«Да уж, мы обе выглядим не слишком-то презентабельно», — смеется она, и мы усаживаемся за свободный столик.

Проехала всю Россию вместе с сыном

Разговор быстро переходит на ее нынешние ужасно напряженные дни. Мы встречаемся с Маусет тогда, когда она вносит последние штрихи в свой новый фильм «Karenina & I», премьера которого состоится 24 февраля. Но, хотя фильм и требует много времени, повседневная жизнь должна идти так, как должна идти.

«Я очень рада тому, что у меня есть ребенок. Проводить время вместе с ним — огромная радость. Но времени абсолютно не хватает. Недавно я как раз об этом говорила с Маргарет Олин (Margareth Olin): откуда у нас вообще энергия берется? Как деятели искусства, мы последние, кто ложится спать, и первые, кто встает», — улыбается она.

У них с мужем Томмазо Моттолой (Tommaso Mottola) есть сын Балтасар, которому восемь лет. Балтасар принимает участие в фильме «Karenina & I», играет ребенка Карениной.

В фильме речь идет о поездке Маусет через всю Россию: она должна исполнять заглавную роль в «Анне Карениной» в Театре драмы имени Горького во Владивостоке.

Режиссером фильма стал Моттола.

Подготовка к грандиозному проекту началась в 2011 году. Маусет предложили сыграть главную роль в «Анне Карениной» в Государственном театре.

«Поначалу я сомневалась. Это была не та роль, о которой я мечтала. Должна признаться, что я никогда не читала роман. Это один из романов, о котором все говорят, что читали, но на самом деле до конца его дочитывают очень немногие. Но я его прочла, и тогда нашла свою Анну», — рассказывает она.

«Когда Томмазо решил делать фильм, он сказал, что я не могу вот так просто взять и прилететь на репетиции в театре. Он подбил меня на то, чтобы проехать через всю Россию, оставив за собой и Норвегию, и Европу. Мне надо было вникнуть в культуру Анны Карениной, вжиться в образ Анны. Пришлось взять с собой Балтасара», — признается она и продолжает:

«Анна потеряла своего сына, а у тебя сын есть», — сказал Томмазо. Балтасар как бы представляет этого ребенка.

«Все такое чужое»

Когда они отправились на поезде в путешествие длиной 11 тысяч километров через всю России, сыну было четыре года.

«Если бы я была мужчиной, то я бы, конечно, на это не пошла. Я бы просто полетела на самолете, а жена и дети просто бы появились на премьере», — шутит Маусет, но тут же снова становится серьезной:

«Именно что-то в таком роде я и хотела показать: что случается, когда у актрисы появляется такая возможность. Мне пришлось взять на себя всю логистику, и до поездки, и в поездке, и когда мы прибыли на место. Мне надо было найти детей, с которыми он смог бы играть, детский сад, в котором бы ему нравилось. Нам помогала русская няня, но он хотел ходить в детский сад. Так что в перерывах между репетициями мне пришлось ездить и проводить „прослушивания“ детских садов», — рассказывает она.

Одновременно с тем, что ей пришлось учить на русском тяжелую роль, надо было заботиться о том, чтобы Балтасару было хорошо.

«О нем заботилась няня, он мог играть, ходить в музеи и делать все то, что детям нравится делать. Но как матери, мне, конечно же, приходилось заботиться о том, чтобы он был чисто одет, не голодал, ел то, что ему нравится… А все было такое чужое, даже вкус у всего другой. Даже у хлеба другой вкус», — говорит она.

Место в детском саду

Посетив несколько детских садов, Маусет нашла для Балтасара детский сад, в котором воспитывали по системе Монтессори.

«Это было потрясающе! Они занимались хореографией, таэквондо, художественными предметами… У них был бассейн с волнами, чтобы дети привыкали находиться в воде. Они слушали классическую музыку. У них даже был собственный педиатр, который заботился о детях, если они заболевали. Еще был логопед и педагог по пению.

«Домой Балтасар не хотел никогда! Я планировала забирать его после репетиций, но он предпочитал быть в саду до самого закрытия», — вздыхает она.

Но вот детсадовская еда Балтасару не нравилась.

«Бог знает, что он там ел. Ему нравилось помогать накрывать на стол и смотреть, чтобы у всех было то, что им нужно, потому что тогда никто не обращал внимания на то, как мало он ел сам. Мне кажется, что в то время он ел много морковки, бананов и хлеба», — признается она.

«Я учила Толстого, он учил русский»

Маленький мальчик быстро учил язык.

«Он выучил русский лучше, чем я. Я учила Толстого, он учил русский. Двуязычные дети имеют преимущества. Он ходил в детский сад и в Норвегии, и в Италии», — говорит она.

Она помнит, как впервые услышала, как Балтасар говорит по-английски.

«Это было несколько лет назад. Мы сидели за столом и завтракали, вдруг он посмотрел на нас и сказал: „Can I have some bread, please?“, а потом сказал еще: „It’s excellent“. А ему было только три года! И у него было совершенно невероятное произношение», — улыбается она.

Сначала они не могли понять, как сыну удалось выучить английский с британским акцентом, но вскоре поняли, как все произошло.

«Всё, что он тогда произнес, он почерпнул из „Доры“ и „Диего“», смеется она и называет мультфильмы «Dora the Explorer» и"Go Diego Go«.

«Я наверняка говорила ужасно много странного»

Совершенно очевидно, что знание языка важно для понимания культуры.

«Ты становишься ближе к людям, если говоришь на их языке. Именно этого мне и хотелось: понять страну. До этого я была в России три или четыре раза, но не несколько месяцев подряд. На этот раз я стала воспринимать страну и культуру совершенно иначе», — признается она.

Но учить русский было делом нелегким.

«Знаю, что поначалу я говорила по-русски довольно странно. В театральной столовой я, в основном, ела сваренные вкрутую яйца и суп. Научилась заказывать это на русском», — говорит она.

Впрочем, оказалось, что она научилась заказывать не совсем правильно.

«Слово «яйца» по-русски звучит почти так же, как русское слово для baller (яички). Так что я на протяжении многих недель заказывала в столовой (мужские) яички. И это еще было не все: я настаивала на том, что они должны быть сварены вкрутую. Наконец один из коллег сжалился надо мной и сказал: «Ты уже несколько недель заказываешь в столовой сваренные вкрутую мужские яйца», — рассказывает она и искренне смеется.

«Я вообще говорила очень много странного. К счастью, людям кажется забавным, когда иностранцы говорят неправильно. Ни я, ни Мортен (Боргерсен, режиссер — прим. журн.) не могли знать, правильно ли то, что мы говорим, так что было несколько человек, которые нам помогали и должны были поправлять, если мы делали ошибки. Это было как какой-то экстремальный спорт», — продолжает Маусет.

«Семь я»

Постепенно говорить на языке стало легче, особенно внимание Маусет привлекло к себе одно слово.

«Слово familie на русском звучит как „семья“. Мне сказали, что слово означает „семь я“, Чтобы стать такой семьей, нам надо, чтобы были два родителя и две пары бабушек и дедушек. Не нужны ни братья, ни сестры, ни тетки, ни дядья, тебе надо семь тебя, чтобы стать собой. Я просто влюбилась в это слово».

Никто не сомневается в том, что у Маусет прекрасный языковой слух. Она говорит на семи языках, а понимает еще больше.

«Я не боюсь говорить, энтузиазма мне не занимать. Я выучила итальянский за год, но мои друзья все еще ухмыляются, когда я говорю. Когда я говорю, и не помню слово, которое мне нужно, я просто быстро подыскиваю что-то, что слышится логическим», — признается она и смеется.

«Да. Я такая, я жутко любопытная. Это было одной из причин, почему я на это согласилась», — говорит она.

Ужасный пример матери и женщины

История и характер Анны Карениной захватили ее. И поскольку она сама мать, она считает, что вживаться в судьбу Анны было сложно.

«У Анны Карениной рождаются двое детей, она оставляет двух детей без матери. Она сама была сиротой, как и Толстой. Я спрашиваю и пытаюсь выяснить: кто она была? Кем она была для детей? А еще она — ужасный пример матери и женщины. Почему она не смогла стать лучше как мать?» — задает вопрос Маусет.

«Это так же интересно, как и задавать вопрос о том, почему она оставила детей», — добавляет она.

Она думает, что многие из страданий Анны идут от личности самого Толстого.

«Толстой не разводился, но он сначала потерял мать, потом отца, потом бабушку с дедушкой… Все, кто мог бы о нем позаботиться, умерли», — говорит она.

Она посетила усадьбу Толстого

«Я побывала в усадьбе Толстого, Ясной Поляне, встречалась с его родственниками. У него нет никакого надгробного камня — он хотел, чтобы его похоронили в лесу, где он мог найти «зеленую палочку», — говорит она и продолжает рассказ.

«Эту сказку рассказал ему его брат: о том, что, если найдешь совершенно зеленую палочку, все станут друзьями, никто не умрет, в мире будет мир. Именно здесь мы встречаем Толстого-гуманиста. Он хотел быть похороненным здесь и исчезнуть, не хотел никакого памятника или почестей».

Жили как настоящие русские

Когда они приехали во Владивосток, Маусет решила, что хочет жить, как обычные русские.

«Сначала нам предоставили большой роскошный дом за городом, потому что я была „звезда из Норвегии, которая будет играть Анну Каренину“… Но я сказала, что не хочу там жить. Я хотела жить там, где живут люди. И нам дали квартиру в типичном восточно-европейском многоквартирном доме, с лампочками, которые горели не всегда, хлопающими от ветра дверьми, запахом капусты, вареной капусты и каши», — вспоминает она.

Хотя эту жизнь трудно было назвать роскошной, семье в квартире нравилось.

«Это была совершенно нормальная квартира, мы сделали ее своей. Мы прожили там три месяца», — говорит она.

Много работы

В театре актеры приняли ее хорошо.

«Ко мне хорошо относились, это было как большая семья. Как входишь, сразу ощущаешь такую же атмосферу, что и в Национальном театре и других норвежских театрах. Но все было более старомодным — все написано от руки, у них не было интернета. И еще в театре было гораздо больше сотрудников», — рассказывает она.

Было и еще нечто, что отличало российский театр от норвежских:

«Самый сильный контраст — это запах из столовой. Она была популярна, потому что готовили там хорошо, еда действительно была вкусная, но этот запах… Думаю, что наш Потребнадзор вряд ли разрешил бы столовой работать», — говорит она с улыбкой.

Актерская работа в России требовала тоже больше сил, чем в Норвегии:

«Когда я приняла предложение, я не знала, что все будет так строго. Я не знала, что российские актеры работают по субботам и воскресеньям, что у меня будет свободен только один понедельник в месяц. Я думала, что буду свободна до и после репетиций, не могла себе представить, что буду работать вдвое больше — и днем, и вечером», — признается она.

Несмотря на тяжелые условия труда, все актеры демонстрировали чрезвычайный профессионализм, считает она.

«Актеры невероятно талантливые. Никогда не жалуются, хотя по сравнению с актерами в Норвегии они фактически ничего не зарабатывают, а мы-то здесь говорим, что почти ничего не зарабатываем», — говорит Маусет.

«Свой английский я совсем потеряла»

Пока Маусет учила русский, российские актеры пытались учить норвежский.

«Они учили такие норвежские слова, как „верно“, „снег“, „я тебя люблю“, „да“. Они всегда произносили „ja“ („да“) на вдохе, потому что им казалось, что так говорят норвежцы. Немножко передразнивали нашу манеру говорить», — рассказывает она.

Режиссер Боргерсен работал на английском, и они с Маусет могли иногда говорить на норвежском.

Чтобы ее поняли, когда она говорила по-английски, Маусет пришлось забыть все о британском и правильном акценте.

«Они говорили совершенно по-своему. Например, они говорили: „I understand for you“. Я тоже стала так говорить. Совет всем, кто едет в Россию: говорите по-английски так плохо, как только сможете».

Всепоглощающая работа

В фильме Маусет рассказывает, что она жила с ролью 24 часа в сутки. Это было нелегко.

«Это было невероятно трудно, потому что свободного времени было мало. В конце концов, я на сцене стала проводить больше времени, чем дома. Я бы описала это как всепоглощающую работу. Было гораздо тяжелее, чем я предполагала. Слава богу, со мной были муж и ребенок, так что не пришлось с ними расставаться», — говорит она.

К счастью, у Маустад есть опыт решения сложных проблем. В 2008 году она выдвинула иск против теле-радиовещательной компании NRK после того, как та показала сцену из фильма «Обожженные морозом» («Brent av frost») в программе «Большая студия». В сцене можно было видеть Маусет и Стига Хенрика Хоффа (Stig Henrik Hoff), занимающихся сексом в лодке, заполненной рыбой. У Маусет и продюсера картины была письменная договоренность о том, что сцена не должна показываться вне контекста — и NRK об этом знала.

«Я получила заверение в том, что кадры не будут показаны вне контекста. Именно поэтому я и смогла сыграть эту сложную сцену», — заявила Маусет на суде, по сообщению NRK.

Будущее наших детей

Действия NRK осудил Окружной суд первой инстанции в 2008 году, но телекомпания выиграла дело в Арбитражном суде годом позже. В 2010 году дело рассматривалось в Верховном суде, и Маусет выиграла. Сегодня Маусет рассказывает, что гордится тем, что стала бороться.

«Это касается будущего наших детей! Это касается всех нас и тех, с кем мы общаемся. В этой открытой вселенной, именуемой интернетом и стримингом должны быть пределы. Мое дело — один из тех законов, которые должны защищать нас всех. И я этим горжусь», — признается она.

— А какой урок вы извлекли из этого судебного дела?

«Урок такой: всегда найдется кто-то, кто попытается использовать нечто в своих интересах и злоупотребить другими людьми — и законом. И что у нас есть правосудие, которое защитит нас от этого, если мы только осмелимся поднять голос. Потому что часто люди просто этого не делают. Меня услышали, и я выиграла — дошла до Верховного суда», — говорит она.

Гастроли по стране

Но сейчас речь идет о «Karenina & I». Фильм будет демонстрироваться в 60 кинотеатрах, и Маусет предстоит отправиться в большое турне — так же, как и с Государственным театром.

«Еще никогда ни один норвежский фильм не распространялся так, как раньше делали в театрах. Мы следуем тем же маршрутом, что и со спектаклями в Государственном театре. Будем ждать, что публика вернется, и на этот раз они увидят русскую версию постановки», — говорит Маусет.

Перед показом фильма она хочет рассказывать публике о том, что Толстой и «Анна Каренина» могут рассказать нам о любви. После фильма она готова отвечать на вопросы и беседовать с публикой о том, что они увидели.

Пока опубликован список гастролей только по Финнмарку, а также в некоторых других местах. Полный список появится в связи с премьерой 24 февраля.

Она с нетерпением ожидает премьеры

На улице дождь уже сдался. Маусет собирает вещи, надевает пальто. Перебрасывается парой фраз с посетителем кафе, который слышал, как она говорила по-русски. Готовится продемонстрировать проект, пять лет бывший частью ее жизни.

«Немного нервничаю: как все пройдет. Надеюсь, публике фильм понравится», — улыбается Маусет.

Источник: inosmi.ru

Также в рубрике

 О том, почему люди не верят в доброту и злятся

 0
Комментариев нет. Станьте первым!