USD: 63.7185
EUR: 70.7594

Криминальный арт

Ежемесячно в мире похищается более тысячи произведений искусства. Как разыскиваются утраченные дорогостоящие предметы искусства?

Текст: Сергей Андреев
Криминальный арт

Криминальный арт-бизнес занимает третье место после оборота наркотиков и торговлей оружием. Уровень раскрываемости преступлений, связанных с кражей арт-объектов, ничтожно низок (всего 1,5% судебных дел заканчиваются в пользу владельцев), денежные объемы — колоссальные (по общим оценкам глобальная стоимость наворованных работ составляет 3,7 миллиарда фунтов стерлингов), а заинтересованность внутренних органов разных стран в подготовке специализированных кадров по розыску — мизерная, пишет РБК.

Основатель Ассоциации криминальных дел в области арта и бизнеса Ной Чарни недавно заявил, что в полиции не существует четкого деления на арт-объекты и любые другие предметы. «По этой логике кража Рембрандта приравнивается к компакт-диску!», - подчеркнул эксперт.

Со стороны правоохранительных органов в большинстве стран мира не наблюдается никакой заинтересованности в подобных делах. Главная причина — отсутствие достаточного финансирования и человеческих жертв в таких преступлениях. Тем более что большая часть потерь покрывается страховкой. Исключение составляют итальянские карабинеры. Усилиями 350 офицеров законным владельцам возвращают около 30% утраченных произведений. Что гораздо выше, чем по всей Европе. В США в распоряжении ФБР около 14 специальных агентов, которые обучены расследованию арт-дел, но даже они не занимаются исключительно этими процессами.

В сложившейся ситуации особой популярностью пользуются частные детективные агентства и организации. Цена работы таких агентств составляет порядка 30% от стоимости возвращенного шедевра. Что вызывает немало возмущения в арт-сообществе и среди коллекционеров! Дело в том, что большая часть потраченных средств уходит на оплату информаторов, которые дают «намеки» и «наводки», где можно найти то или иное полотно или антиквариат. Получается, что спонсирование черного рынка происходит за счет законопослушных и успешных хозяев.

Главная фигура в центре дебатов — основатель компании Art Loss Register («Реестр пропавших произведений искусства»), или коротко ALR, Джулиан Рэдклифф. Бывший консультант страховой компании долгое время шпионил в пользу британской разведки, пока четверть века назад не организовал собственный частный бизнес по розыску украденных творений. Компания располагает 63 штатными сотрудниками, а также взаимодействует с одной индийской компанией, рассылающей своих агентов по всем аукционам, арт-ярмаркам и подобным мероприятиям, чтобы отслеживать появление работ из реестра. С момента основания ALR в ее базе данных числится порядка 300 тысяч пропавших объектов. Для сравнения: база Интерпола на конец 2012 года составляла 400 тысяч единиц.

По словам Джулиана «Шерлока Холмса» Рэдклиффа, благодаря усилиям его компании около 15% произведений возвращается владельцам, 20% — никогда не будут найдены (часто сами воры уничтожают награбленное, чтобы скрыть улики, когда к ним близко подбирается полиция), остальные имеют равные шансы на успех и провал в течение 25 лет после кражи. Большая часть работ среднего ценового сегмента сбывается в течение нескольких дней — их вывозят за рубеж, продают на антикварных барахолках или через интернет-аукционы. Примечательно, что по следам ограблений почти никого не арестовывают, а многие полицейские и агенты ФБР сами рекомендуют потерпевшим зарегистрироваться в базе ALR. Для физических лиц стоимость справки в регистре не превышает $40.

Несмотря на эти факты, деятельность ALR по-прежнему вызывает множество вопросов со стороны страховщиков искусства. В первую очередь их не устраивают «методы работы» Рэдклиффа. В частности, использование средств жертв для оплаты информаторов. «Сыщик» парирует: такое мнение и постановка вопроса ошибочны — он не предоставляет информацию за деньги! В конечном счете это стало бы похоже на вымогательство.

Напротив, если у его организации есть какая-то наводка по поводу места нахождения пропавшего шедевра, он непременно сообщит об этом полиции. А дальше... Выбор стоит за владельцем: продолжать поиски силами правоохранительных органов или обратиться к нему. Что до оплаты информаторов, увы, современные реалии таковы: зачастую это единственный выход для успешного исхода дела. От чего Рэдклифф категорически открещивается, так это от оплаты произведения в результате шантажа воров, которые создают черный рынок. Цифры Art Loss Register говорят сами за себя: только за последние годы «этическими и стратегическими методами» ему удалось раскрыть преступлений на сумму порядка £200 миллионов.

Показательный случай из «биографии» ALR: 11 мая 1987 года неизвестный грабитель разбил кувалдой стеклянные двери Музея современного искусства в Стокгольме, снял со стены картину Матисса «Сад» стоимостью $1 миллион и убежал. Спустя 15 лет картина была возвращена в коллекцию усилиями Рэдклиффа, который получил за это комиссионные в размере 20% от цены работы.

Однако большинство экспертов склонны полагать: система, основанная исключительно на прибыли, в данном случае не самая эффективная. Главный конкурент Рэдклиффа — организация Larmtjänst, основанная детективом Диком Эллисом (бывший руководитель художественного и антикварного отдела Скотленд-Ярда), которая работает интернационально. Основной доход компании составляют не выплаты владельцев, а стандартные финансовые издержки страховых компаний, которые с удовольствием ассистируют Эллису в его нелегкой работе. Организация работает в тесной связке с международными правоохранительными организациями.

РБК приводит ТОП-3 «краж века», которые до сих пор не раскрыты. Это картины – «Концерт» Яна Вермеера, «Лежащая фигура» Генри Мура, «Белая утка» Жана-Батиста Удри.

Также в рубрике

Минкульт РФ составит каталог музыки, рекомендованной к прослушиванию

 0