USD: 58.7082
EUR: 69.4048

«Пираты хотели только денег»

Как перенести нападение пиратов и остаться в живы

«Пираты хотели только денег»

45-летний Николай Накропин, живущий сейчас в Мюнхене, за последние два года три раза побывал в индонезийской части острова Новая Гвинея. Во время последнего визита он и его жена попали в невообразимую для XXI века историю, которой поначалу не верили даже близкие друзья. «Газета.Ru» публикует его рассказ.

«Из Новой Гвинеи приходит мало новостей. Обычно они капают в два стакана и крохотную мензурку. Первый сосуд — туризм, когда организованную группу ведут к псевдоплеменам в потемкинскую деревушку с названием Курула или к короваям, живущим в домиках на деревьях. Меня всегда поражала настойчивость, с которой организаторы поездок вбивают в мозг обывателю идею о том, что в двадцати километрах от Вамены можно найти диких людей, живущих в каменном веке. Короваи — народ похитрее. Они делятся на несколько групп; те из них, кого покажут домохозяйке-путешественнице, уже давненько инкассируют сотни долларов за демонстрацию своего образа жизни. Чтобы дойти до тех, кто аутентичен и до сих пор живет в прелестной дикости, нужны легкий рюкзак, физическая выносливость, смелость и знания.

Второй стакан новостей из Новой Гвинеи меньше, и капли в него — на вес золота. Время от времени здесь открывают новый народ или породу животных.

Если на Новую Гвинею наложить остров Ява (территорию, сравнимую с Украиной), то она покроет приблизительно ту область, на которую никогда не ступала нога человека, считающего себя цивилизованным. Под одеялом джунглей живет как минимум 80 племен, никогда не сталкивавшихся с миром вокруг.

Есть еще крохотная мензурка, но она практически совсем пуста. В ней несколько жалких капель о политическом положении в Западном Папуа — части, принадлежащей Индонезии. Сюда попадает геноцид, жесткий разгон демонстраций в поселениях и молчание ООН о происходящем. Туристы прибывают в Курулу на комфортабельном автобусе, платят за показушный праздник свиньи (ритуальное заклание животного, к которому среди многих местных племен трепетное отношение — «Газета.Ru»), а потом, довольные, как слоны, удаляются в родные Германии-Голландии, чтобы за чашечкой чая поделиться с собеседниками рассказами о страшных лицах воинов долины Балием.

Фоторепортаж: Жизнь Энаротали

Энаротали — совсем небольшой городок или, скорее, поселок, лежащий в Судирманских горах — части высокогорья Папуа, смотрящей на Запад. Это обитель народа с лаконичным названием «Ме». Когда женщина выходит замуж, то начинает вязать себе милую шапочку, а мужчины рыбачат, бездельничают или страшно пьют. Атмосфера городка напоминает Дикий Запад в эпоху расцвета со всеми его причудами и опасностями — в окрестных деревнях и горах засели бандиты и сепаратисты. Собственно, о них практически ничего не найдешь в книжках и туристических пособиях. Все познания об Энаротали ограничиваются несколькими десятками фотографий и короткими текстами. Сюда никого не возят на экскурсии, несмотря на большое горное озеро необыкновенной красоты и изумрудные луга, уходящие вдаль к бесконечным вершинам.

Около индонезийской забегаловки стоял худощавый мужчина по имени Френки. Он обратился ко мне на неплохом английском языке, и мы разговорились. Иногда жизнь кидает в захолустье способных людей. Семья Френки жила в прибрежном Набире, а в глухомань его закинула история с болезнью матери. Вся Папуа — сплошной атас, а Энаротали — настоящий алмаз в этом скопище. Протестантские и католические церковные учреждения переругиваются с дюжинами грязных забегаловок и киосков. Дневное солнце здесь беспощадно. Оно так поджаривает человека, что лицо запекается, как в духовке, и кожа сходит даже из-под волос на голове — с таким мне довелось столкнуться впервые в жизни.

В руках Френки держал старенькую Библию. Разговор клеился, мы двигались от угла к углу забегаловки с небольшими остановками. Новый приятель был человеком развитым и обладал широким кругозором.

Некоторые папуасы способны удивлять: он принадлежал именно к этому типу. Его гладко выбритое интеллигентное лицо резко выделялось на фоне грубых бородачей. Энаротали он крыл матом.

Не знаю, в какой момент и почему, но мне пришла идея прокатиться на моторной лодке. Наверное, сыграла роль дикая жара и постепенное осознание факта, что делать в Энаротали абсолютно нечего. Если в Набире, Джаяпуре или, скажем, в Мерауке имеется океан, то, кроме колоритных алконавтов и озера, в окрестностях Энаротали ничего нет. Еще около взлетной полосы паренек по имени Ильхам предупредил, что в горы лучше не соваться: «в них царит смерть». Вышеупомянутые бандиты врываются в дома крестьян, забирают все ценное и исчезают. Впрочем, мы и не собирались в горы, а просто решили навестить деревушку на той стороне.

Озеро Паниай — это зеркало, раскинувшееся между хребтами, в котором отражаются небеса. Тишину нарушает только прыжок скучающей рыбы. Но, несмотря на кажущуюся идиллию, в Энаротали меня не покидало беспокойство: оно сидело под каждой крышей, распространяя запах беды, который ценит каждый любитель вестернов. От пустынных берегов озера, окружающих скал и одинокого острова в юго-западной части это ощущение только усиливалось. За островом спряталась пара дюжин рыбацких хижин. Ничего особенного, кроме живописного забора, там не нашлось.

Настолько близко к смерти, как на обратном пути, я не был ни разу в жизни.

Мы уже почти вернулись назад, когда из-за скалы, из джунглей резко выскочила быстроходная моторная лодка с вооруженными людьми — их руки сжимали сабли метровой длины, на головах были повязаны яркие платки. Лица нашего рулевого и пассажиров посерели — они по-настоящему испугались.

Мы сбавили ход и остановились, так как состязаться в быстроходности не было смысла.

Мне и моей жене Марине стало понятно, что происходит, только в те мгновения, когда нас уже брали на абордаж. С громкими криками папуасы перепрыгивали к нам. Один из самых бойких вцепился в мою сумку, где лежали паспорта, кредитные карточки, около миллиона индонезийских рупий и 1500 евро наличными. Фотоаппарат я держал в руке, но пиратов не интересовала эта дорогая вещь. Борьба за него длилась всего десяток секунд, и моя собственность осталась при мне. Пираты хотели только денег. Один из них встал за моей спиной и замахнулся саблей наотмашь.

В этот момент от макушки до пяток через мое тело прошел сильнейший электрический разряд. Это ощущение заставило меня еще сильнее сжать сумку с ценным содержимым. Тогда Френки крикнул на языке народа Ме: «Миллион рупий!!!».

Фото было сделано около той деревушки за озером.... примерно за час до события. Классическая шапочка...

Фото было сделано около той деревушки за озером.... примерно за час до события. Классическая шапочка для Энаротали - такую носят все замужние женщины

Засунув руку в сумку, я двинул пальцами конверт с увесистой стопкой евро вглубь и показал только несколько крупных индонезийских купюр. Они были вырваны у меня, только после этого оружие пирата опустилось к палубе. Его красные от бетеля (растения, имеющего легкое наркотическое воздействие — «Газета.Ru») зубы практически соприкоснулись с моими, он орал, но на душе отлегло. У Марины в это время выдирали фотоаппарат и четыреста тысяч рупий из кулака. Несколькими секундами позже ее камера печально заблестела в лодке пиратов.

Пираты, завидев новые купюры у меня и услышав наглый крик моей жены на английском: «Эй, пожалуйста, верните камеру», кинули ей фотоаппарат назад. Электроника для папуасов — как мертвому припарки, они к ней совершенно безразличны. Атаковавшие люди перепрыгнули назад в свою лодку и отплыли. Между ними началась злобная драка за добычу: они грызлись, как изголодавшиеся крысы. Этим воспользовался наш рулевой, и мы быстро убрались оттуда.

Нападение длилось около пяти минут, а может быть, даже меньше. Все напоминало сцену из семнадцатого столетия. До этого мне доводилось сталкиваться с гоп-стопом различного рода — в Москве и Париже. Пару-тройку раз мне угрожали ножом, доводилось и драться не за страх, а за совесть. Но подобного нападения со мной не случалось.

Это именно тот случай, когда по-настоящему начинаешь ценить жизнь и осознаешь, что голова могла запросто улететь в воду. Никакие арабы и московские гопники с подобным не сравнятся.

Некоторые из нас смотрели шедевр мультипликации «Ранго». Помните городок, куда попала маленькая ящерица? Энаротали — точно такое же место. Ощущение, что персонажи этого мультфильма, их физиономии, нравы, образ жизни скопированы из далекого поселка с красивым названием в Западном Папуа. Кривоногие алкаши, лежащие у входа в забегаловку, драка собак со свиньями, первобытные крестьяне, пришедшие на базар, и чувство опасности — такое, что взвод индонезийских солдат практически не покидает территорию базы. Это Terra incognita, и я никому не советую появляться здесь без крупнокалиберного ружья. Но мы были и ушли живыми.

На руке символ «Papua Merdeka» — запрешённой в Индонезии сепаратистской...

На руке символ «Papua Merdeka» — запрешённой в Индонезии сепаратистской организации, борющейся за отделение Западной Новой Гвинеи. За этот символ в Индонезии можно попасть в тюрьму.

В начале января я снова еду на остров Новая Гвинея — в племя Файу, прозябающее и вымирающее без медикаментов, и повезу гуманитарную помощь и антибиотики».

gazeta.ru

Также в рубрике

Мелитополец решил рассказать сколько стоит отдохнуть в одном из древнейших городов Черноморского побережья

 0

Место расположения – «Вокзалъ «Кострома Сырная», деревня Будихино на трассе между Ярославлем и Костромой, «жемчужинами» Золотого кольца

 0